Узор выщербин от пуль на стене отдается у тебя болью в груди. Становится трудно дышать...

Узор выщербин от пуль на стене отдается у тебя болью в груди. Становится трудно дышать...

Очередной набор очень старых выщербин от пуль.

Изучить внимательнее.

Ты вглядываешься в стертые отметины в камне... они вглядываются в тебя в ответ — бесконечный ряд крошечных черных дыр. Ты чувствуешь, как по виску стекает капелька пота.

Скверная это штука, мужик! Очень скверная штука. Конец надвигается!

Когда ты смотришь на следы пуль, то чувствуешь вдруг, как тебе словно клещами стискивает грудь. Что-то приближается... подбирается совсем близко. Дышать становится еще тяжелее.

«Вы в порядке?» — вдруг раздается голос Кицураги. Он как клинок разрубает ступор, возвращая тебя к реальности.

«Ох, что-то мне на секунду стало нехорошо...»

«Наверное, это последствия ваших... прошлых эскапад. На что вы смотрели?»

(Резко выдохнуть.) «А? Да, да, я в порядке».

«Вы вдруг побледнели на пару секунд. На что вы смотрели?»

«Эти следы от пуль выглядят точь-в-точь как те, что мы видели раньше».

«Следы от пуль в принципе выглядят одинаково, так что это объяснимо, — лейтенант склоняется к стене, чтобы осмотреть ее поближе. — Но вы правы, это снова следы от пуль времен Революции».

«Да, я так и понял». [Отбросить мысль.]

«История волны насилия, прокатившейся по всему Ревашолю».

По улицам текли реки крови. Над развалинами кружилась, оседая, пыль. На последних этажах здания, уходящего вверх над тобой, перепад давления от артиллерийского огня разрывал людей на части.

«Ох... сколько же людей погибло в этой Революции?»

«Много».

[Отбросить мысль.]

«Ким, гляди... снова следы от пуль. Здесь кого-то расстреляли».

Осмотрев стену, лейтенант кивает. «Да, это старые следы пуль времен Революции».

«Откуда здесь столько следов от пуль? Они постоянно мне встречаются».

Лейтенант смотрит на стену. «Наследие Революции. Им уже больше пятидесяти лет».

«Значит, тут не было никаких преступлений?»

«Наверное, то, что случилось здесь много лет назад, можно назвать преступлением. Но это не повод для расследования».

«Ясно. А что ты можешь рассказать о Революции?»

«Немногое. Я все-таки не был очевидцем. Ну что, идемте?»

«Ладно. Тогда идем». [Отбросить мысль.]

Лейтенант кивает.

«А нам по этому поводу ничего сделать не надо?»

«Нет, ведь мы не строители и не ремонтники. А эти следы от пуль — не повод для расследования».

Опять старинные следы пуль — им не меньше полувека. Наследие Революции.

Опять старинные следы пуль — им не меньше полувека. Это совсем другая эпоха.