Этого достаточно. Медлить нет времени. Стремительно, как высвобожденная пружина, лейтенант выхватывает пистолет из твоей окровавленной руки, разворачивается и стреляет.
Похоже, он немного успокоился.
Даже если дойдет до драки, сначала залезть ему в душу не помешает.
У него в щеке дыра. Кровь течет ручьем, а он нелепо пятится назад — в глазах непонимание и ярость; он пытается что-то сказать, но получается только хрип и бульканье.
Есть ли что-нибудь — *хоть что-то*, — чем мы можем защитить это хрупкое тело? Пушка разнесет нас на куски.
Это командир антистачников. Его грудь вздымается и опадает под керамической пластиной, а пальцы сжимают рукоять пистолета.
«В чем дело, голожопый? Я тебя не слышу. Похоже, ты полный рот хуев набрал. Рууд...»
Он пытается выйти на линию огня, прежде чем человек с ружьем тебя пристрелит. Где-то сзади медлит главарь...
Выстрели ему в рожу. Стреляй, пока он не застрелил тебя.
«Ким, я соврал. О том, что не помню, кто я такой. Я это выдумал... Я все помню».
Это наемник, который был у ворот! Его грудь вздымается и опадает под керамической пластиной, а пальцы сжимают рукоять пистолета.
Нет. Мы справимся. Потяни чуть-чуть время. Попробуй залезть ему в душу.
Позволить этому случиться.
Нет. Нет, это просто страх. А даже если и так... Кому какое дело. Кому ты нужен.
На этот раз получается по-другому. Ты целишься выше, словно тебя ведет магнит. Рука немеет от отдачи, и из ствола вырывается дым и языки пламени...
На этот раз получается по-другому. Ты целишься выше, словно тебя ведет магнит. Рука немеет от отдачи, и из ствола вырывается дым и языки пламени...
На этот раз получается по-другому. Ты целишься выше, словно тебя ведет магнит. Рука немеет от отдачи, и из ствола вырывается дым и языки пламени...
Погоди. Хорошо, что у тебя есть антропоморфная бензиновая бомба. Правда, это здорово. Но для начала его нужно подготовить. Изложи свои доводы!
Ничего не выйдет. Ты умрешь. Просто закрой глаза, когда это случится...
Уголком глаза ты видишь, как лейтенант поднимает пистолет... и целится в Рууда.
«ПРЕКРАТИТЕ!»
«Белая тень, пахнущая абрикосами. Она... всегда здесь».
Если будешь терять время, умрут люди.
Раздается негромкий выстрел, и ты чувствуешь легкое постукивание, словно дождь барабанит по пластине, защищающей твою грудь. Затем, со звуком катящихся костей, кираса перераспределяет силу удара по остальным элементам.
Швырнуть в него пистолет: «Умри!».
Ого! Хорошо ты его зашвырнул. Далеко. Жаль только, что кинуть надо было *очень близко*, и теперь все умрут.
Погоди. Хорошо, что у тебя есть пистолет. Правда, это здорово. Но сначала его нужно подготовить. Изложи свои доводы!
Главное, увернись от первого выстрела, и дальше будет проще. Пьяные быстро приходят в ярость — и делают ошибки.
Йоопсон АС артикул J327 блистал на вешалке для галстуков, стараясь привлечь его внимание. Печальный человек взял галстук и нацепил на шею. Он посмотрел на себя в зеркало. Не улыбнулся.
Ты истекаешь кровью, как свинья, но пуля, *кажется*, прошла навылет. Может, ты и выживешь... Если не вырубишься.
Нет, вовсе нет. Он вот-вот начнет стрелять.
«Да вы же пьяные! Посмотрите на себя!»
Ты смотришь в дуло ружья. За ним — маска Рууда, его глаза в прорези шлема. Они фокусируются на тебе, как объектив камеры.
Из ствола вырывается дым и языки пламени, а твоя рука немеет от отдачи.
Это Тит. Ты слышишь, как с чавкающими шлепками его тело прошивают пули. Его голос, все еще раздающий приказы, слабеет... Он хрипит...
Медлить нет времени. Лейтенант разворачивается и стреляет, а потом валится прямо на тебя.
Третий — опаснее всех. Он тяжело вооружен.
«Пока в моих планах просто остаться в живых, — он кладет руку на кобуру. — Но мы должны вмешаться».
Если будешь терять время, умрут люди. А они все равно нападут на тебя.
Третий — опаснее всех. Он тяжело вооружен.
Он пытается выйти на линию огня, прежде чем человек с ружьем тебя пристрелит. Где-то сзади еще бьется охваченный огнем главарь...
Ты прыгаешь влево. Рой злобных свинцовых дробин проносится в каких-то миллиметрах от твоего бока, разрывая ткань плаща. Ты почти чувствуешь их легчайшее прикосновение.
Небольшой взрыв выталкивает пулю из ствола, и она попадает человеку точно в грудь, оставив облачко дыма. Броня издает негромкий треск.
Это смерть. Еще одна дверь, детка. Еще одна дверь.
Он пытается выйти на линию огня, прежде чем человек с ружьем тебя пристрелит.
Он пьян, а пьяные слишком сильно корректируют прицел. Сдвинься вправо, и он прицелится еще правее. Заставь его промахнуться.
Даже если дойдет до драки, *потянуть время* не помешает. Залезть ему в душу...
У тебя за спиной Тит, и он наверняка уже целится в него. Не забудь, подкрепление в пути. Только переживи это...
На тебя валится тяжелый тюфяк. Холодный нейлон и кровь. Он придавливает тебя, и свет гаснет. Весь свет. И звуки. Мира. Пропадают.
На тебя валится тяжелый тюфяк. Холодный нейлон и кровь. Он придавливает тебя, и свет гаснет. Весь свет. И звуки. Мира. Пропадают.
Этого достаточно. Медлить нет времени. Стремительно, как высвобожденная пружина, лейтенант выхватывает пистолет из твоей окровавленной руки, разворачивается и стреляет.
С ним что-то серьезно не в порядке.
Нет. Это не катастрофа. Вплети это в свою историю. Выйди прочь из развалин. Спаси тех, кого еще можно спасти: *я* на твоей стороне.
«Ну почему же я так и не нашел пистолет?..» (Просто стоять на месте.)
Стоять тихо, в надежде, что все обойдется.
Стоять тихо, в надежде, что все обойдется.
Со звоном бьется стекло и страшно ревет пожирающий кислород огонь. Бомба попадает наемнику в грудь, и тот, охваченный пламенем, нелепо пятится назад.
ЭТО ФИАСКО, БРАТАН!
ЭТО ФИАСКО, БРАТАН!
Ну, типа как я тебя заполучил, или...
«Не сомневаюсь...» Огненный сосуд, сверкнув в последний раз, разбивается о землю на множество мелких осколков.
Медлить нет времени. Лейтенант разворачивается и стреляет, а потом валится прямо на тебя.
Еще один слабый взрыв, словно у тебя в руке взорвалась петарда. Еще один тихий щелчок по блестящей кирасе.
Боль слишком сильная, чтобы кричать. В твоих легких не остается воздуха. Все темнеет, и ты опускаешься в какое-то далекую размытую хмарь...
Постой! Я так и не узнал твоего имени!
«Где Клаасье? Она бы все объяснила».
Он целится в глазную щель в шлеме Рууда. Это невероятно сложный выстрел...
«Кто это?» (Показать на человека.) «Я не знал, что у вас есть третий».
«Послушай! Они этого не делали!»
«I feel it in my fingers... I feel it in my toes...»
Нет. Мы справимся. Потяни немного время. Попробуй залезть ему в душу.
Нет-нет, все хорошо. Уболтай его, а если дойдет до драки, то пусть сражаются остальные. Заставь его говорить! Изложи свои доводы.
«Ну давай. Попробуй еще раз». Он даже не сдвигается с места — только улыбается.
«Ну давай. Попробуй еще раз». Он даже не сдвигается с места — только улыбается.
Дотронуться до нижней части тела...
«Никто не хочет иметь со мной *дела*... Никто не хочет со мной отжигать».
Склонившись над тобой, он просто качает головой. Ты слышишь далекий выстрел. Бархатно-гладкий — и красная точка появляется на куртке Кима. Она быстро растет.
Склонившись над тобой, он просто качает головой. Ты слышишь далекий выстрел. Бархатно-гладкий — и красная точка появляется на куртке Кима. Она быстро растет.
Ничего. Непроницаемая тьма. Пляшущие огоньки боли. Далекие тени, которые они отбрасывают, как какая-то адская пьеса...
Даже если дойдет до драки, сначала *потянуть время* не помешает. Залезть ему в душу...
Нет. Мы справимся. Потяни чуть-чуть время. Попробуй залезть ему в душу.
Гремит выстрел, и ты на мгновение теряешься. Что-то с силой бьет тебя в плечо, отбрасывая назад.
Полный комплект брони должен лишать его подвижности. Ты можешь менять направление быстрее, чем он.
Если будешь терять время, умрут люди.
Две *белые* фигурки в конце — свежие. Нарисованы уже в Ревашоле.
Он сгрыз губы до крови.
Эти люди служили на Семенинах... туземцы-островитяне...
«Отлично. Я *убийца убийц*». (Ткнуть себя пальцем в грудь.)
Около *пятидесяти* фигурок — все черные. Плюс две белых в конце.
Вон, по бортику шлема Хунклувена — маленькие фигурки из палочек: 19, 20, 21...
(Указать на себя.) «Это был я».
(Указать на побережье.) «Это Руби».
Он дергает крючок. Из дула вылетает облачко дыма.
«Да? А кто тогда убивал?»
Плохо. Нужно *срочно* сменить тему. Или будет второй выстрел.
Он дергает крючок. Из дула вылетает облачко дыма.
Он дергает крючок. Из дула вылетает облачко дыма.
«Это был кто-то *другой* — кто-то, кого здесь сейчас нет».
«Погоди, мне нужно еще время в этом разобраться».
(Указать на крышу.) «Это Клаасье».
«Это они *все*. Они *все* убили. — Он кладет руку на пистолет. — Они все умрут».
(Указать на Тита.) «Думаю, это Тит».
«Вперед». Он дергает крючок. Из дула вылетает облачко дыма.
«Тебе, я смотрю, весело? — Глаза его опасно блестят. — А что, если я смеху ради застрелю сейчас одного из твоих приятелей?»
«Тебе, я смотрю, весело? — Глаза его опасно блестят. — А что, если я прямо сейчас застрелю одного из твоих приятелей?»
«Да?» Он дергает крючок. Из дула вылетает облачко дыма.
Да. И что? Тебе бы тоже стоило быть пьяным. *Пьянее*. Ты что, хочешь умереть трезвым?
Вот именно. Это же *ужасно*! Что бы ты ни делал, умрут люди, и виноват будешь ты. Эту боль утешит только выпивка. Думай о ней!
«Еще раз перебьешь — и я тебя на месте расстреляю, младший капрал». Вспышка сопровождается желтоватой слюной вокруг губ.
Не нужна мне сейчас выпивка, господи. Вообще-то у меня тут вооруженное столкновение!
Не нужна мне сейчас выпивка, господи. Садовницу подстрелили!
Заткнись! Не мешай ему думать, ставки слишком высоки, он *не* проебется из-за тебя. Я тебе не позволю.
Полный пиздец... застрелили девушку?! Из-за тебя?! Эту вину утешит только теплый алкоголь!
Да. И что? Тебе бы тоже стоило быть пьяным. С ума сойти, как давно ты в последний раз пил. Влей в себя дозу СЕЙЧАС ЖЕ.
«Ладно. — Он утирает пот со лба. — Давай. Размажем твое дерьмо по всей этой выгребной яме...»
«Парни, я, э... — невысокий мужичок выходит из строя. — Я только помешаю. У меня и ствола-то нет».
«Она СВАЛИЛА! — Крик отражается от окон „Танцев“. — Уплыла куда подальше! Вы *одни*».
«Она свалила, вырожденец. — Он указывает на море. — Пять минут назад уплыла. Ей абсолютно поебать на вас, компост. Вы *одни*».
Им *страшно*. Всем. Дрожащий тростник на ветру. Скоро они разбегутся. Один за другим.
«Она свалила, вырожденец. — Он указывает на море. — Пять минут назад уплыла. Ей абсолютно поебать на вас, компост».
Мужчина смотрит на тебя налитыми кровью глазами. Бык, готовый к броску, — он не слушает, он ищет удобный момент...
«То же, что и всегда, когда ты хорош в своем деле. Название стало синонимом ночных рейдов, всякой внесудебной веселухи... сожженных деревень. Такая херня плохо звучит на радио».
А вместо этого просто *стоять*?! Это очень, очень плохо, СРОЧНО ЧТО-НИБУДЬ СДЕЛАЙ ИЛИ СКАЖИ!
«Папаша... — Он смотрит на твои обвисшие бакенбарды, и это его на секунду даже успокаивает. — Ты понятия не имеешь, какие права дал нам „Кренель“».
«Я майор „Кренеля“ с пятнадцатью годами боевого опыта. Когда моего полковника вешают голозадые макаки, я командую взводу *ответный удар*».
«Я майор „Кренеля“ с пятнадцатью годами боевого опыта. Когда моего полковника вешают голозадые макаки, я командую взводу *ответный удар*».
«О да, он бы разрулил всю эту хуйню куда лучше меня. Но не разрулил, потому что Билли Деревня и Кипт Киптский...» — указывает он на Тита и Эжена.
«О да, он бы разрулил всю эту хуйню куда лучше меня. Но не разрулил, потому что Билли Деревня и Кипт Киптский...» — указывает он на Тита и Эжена.
Так, ладно. Очевидный провал. Всё стало хуже. Он внимательно следит за каждым твоим движением...
М-м-м... возможно, сейчас *очень* неудачный момент, но — его же зовут *Корти*, так?
«Они бросили Лели в прессе для листьев, а теперь эти мрази доделали дело...» — машет он рукой в сторону людей, скучковавшихся у входа.
Конечно! Всё будет хорошо. Поговори о его мертвом друге! Он выглядит вполне адекватно и выдержит такую беседу!
«Будь здесь Лели, он бы вас пожалел. Может, застрелил одного для виду. Но я, — указывает он на себя, — я не спец по связям с общественностью, макака. За то, что вы сделали, я размажу вас всех».
...потом он ревет: «За убийство, изуродование и унижение нашего командира — вы все приговариваетесь к расстрелу!»
Так, ладно. Очевидный провал. Всё стало хуже. Он внимательно следит за каждым твоим движением...
«Уехала!» — кричит с балкона управляющий.