«Э-э-э... Хотите поговорить об этом?»

«Э-э-э... Хотите поговорить об этом?»

«Не о чем тут говорить».

«Обычно я избегаю разговоров о чувствах. Особенно на службе. Но, полагаю, это исключительный случай...»

«Итак, что по-вашему случилось?»

Возможно, вам удастся лейтенанта убедить, что просто вы работаете так. Но так ли просто в этом будет убедить себя?

Убедить себя в том, что не было никакого срыва.

О верьте же в себя, мессир! Уловкой хитрой оправдайте все.

«Не волнуйся, Ким, это была всего лишь уловка». (Подмигнуть Киму.)

«Ага. Хитрая уловка. Понимаю».

«Именно. Ну кому придет в голову плакать на людях, серьезно?»

«Вот именно, кому?»

«Не могли бы вы в будущем воздержаться от эмоциональных срывов на службе? Тот факт, что РГМ — это полулегальная организация, означает, что мы должны демонстрировать силу духа в два раза усерднее, чем любое другое полицейское подразделение в мире».

«РГМ?»

«Это мы. Ревашольская гражданская милиция. Силы правопорядка».

«Хорошо. Я буду контролировать свои эмоции».

«Хорошо. Контроль эмоций — это хорошо».

«Рад, что „ничего серьезного“. Вы в состоянии продолжать работу?»

«В состоянии. И я извиняюсь, Ким. Обещаю, это больше не повторится».

«Тогда идем».

«В любом случае конец уже близок. Можно и продолжить...»

«Да. В конце концов, это мой долг».

«Конечно. Суперзвезды всегда поднимаются на ноги и никогда не сдаются».

«Слабость — это сила».

«Нет, когда от вас требуется быть воплощением силы — это просто слабость».

«Фу, это же типичный мачизм».

«Возможно. Но мы в Ревашоле, и здесь от нас ожидают именно этого».

Кажется, кто-то тут щадит твои чувства, потому что на щеках у тебя по-прежнему блестят слезы.

«Ладно, значит, это не сила. Ты прав».

«Спасибо».

«Пока нет. Но скоро поймешь».

Чернила лжи засохли, господин. Давайте просто нагло правду отрицать.

«Что? Да ничегошеньки не случилось!»

Лейтенант моргает. «То есть вы хотите сказать, что вот только что у вас не было срыва, вы не рыдали и не пытались порвать на себе одежду?»

«Да я за всю жизнь не проронил ни слезинки...»

«Ага».

«...меня можно пытать, меня можно покинуть, даже развестись со мной можно, но мои глаза останутся сухими как пустыня. Да, именно так». (Вытереть слезы.)

«Да, я определенно никогда не видел, как вы рыдаете, и не одалживал вам свой платок».

Эм, осмелюсь я заметить, мессир перегибает палку.

Такой уровень игры заставит любого актера покраснеть.

«Ладно, понятно. Поговорили».

«Я немного сорвался, ничего серьезного. Сейчас всё в порядке».

«Прорыдазм».

«Кто?»

«Это когда после истерики тебе становится немного легче. Не знаю, откуда я взял это выражение. Может быть, сам придумал».

«Ничего особенного не случилось». [Уйти.]

Лейтенант просто кивает.

«Наверное, стоит».