Остались только колонки — пыльные и позабытые...

Остались только колонки — пыльные и позабытые...

«Хорошо, а теперь позволь мне купить колонки».

«Хлам ваш, начальник, — уличный торговец вручает тебе колонки. — Приятного вам прослушивания! Надеюсь, у вас не заболят уши от этой самарийской дряни».

Осмотреть кроссовки.

Пара кроссовок «ФАЛН Ультра». Их дизайн до невозможности стильный и простой — футуристический силуэт и изысканная монохромная расцветка: угольно-черный верх и серебристый низ.

Стремление! Состязание! Триумф! Эти кроссовки «ФАЛН» просто необходимы легенде спорта.

«Эти кроссовки, уважаемый... — начинает уличный торговец, — эти кроссовки — последняя модель „ФАЛН”. Очень редкие, очень качественные, очень крутые. И всего 50 реалов».

Всего?! Это безумие!

«ФАЛН Ультра» — надень будущее! Ты вспоминаешь слоган из какого-то журнала.

«Я могу купить грустные и униженные самарийские колонки?»

«Ни за что, начальник. Они не продаются. Это плохие колонки, некачественный социалистический хлам».

«Но мне нужны колонки».

«Ну, если вы их и правда хотите...» Он делает паузу, подсчитывая в уме.

«С одной стороны, эти колонки — социалистическая дрянь. С другой стороны, вы купили кроссовки, так что колонки мне больше ни к чему...»

«Хорошо, начальник, колонки ваши. За 50 сентимов».

«Видите ли, колонки служат подставкой для кроссовок. Если я продам колонки, то куда мне кроссовки ставить? Нельзя же оставлять обувь для премиального стиля жизни прямо на земле...»

«С другой стороны, вы хотели купить и кроссовки. Могу отдать вам колонки в придачу — за 50 сентимов».

Черт... значит, тебе придется сперва купить кроссовки.

У меня есть безумный план! Сперва тебе нужен начальный капитал, чтобы купить кроссовки, и тогда колонки тоже можно будет купить. А потом ты продашь колонки Рою — тому чудаку из ломбарда дальше по переулку. Так ты отобьешь большую часть того, что потратил на обувь.

Глупая идея, уходи.

Ну конечно, да. Лучше не рисковать.

Это я придумал такой план?

Ага. Дела крутятся, реалы мутятся...

«Ты прав. У меня нет времени на хлам. Я веду роскошный образ жизни».

«Верно, начальник! — уличный торговец широко тебе улыбается. — Вы полицейский высшего класса, который не приемлет ничего, кроме лучшего! К счастью для вас, только лучшее я и продаю!»

«Именно поэтому я и хочу их купить. Я думаю, что я сам — некачественный социалистический хлам».

«Нет, начальник, вы — полицейский высшего класса, который не приемлет ничего, кроме лучшего! К счастью для вас, только лучшее я и продаю!»

«Минуточку... а что, если я на самом деле заслуживаю чего-то большего, чем некачественный социалистический хлам?»

«Заслуживаете, начальник, заслуживаете! Не забывайте: на свете есть не только социализм, у нас и хорошие вещи могут быть! Причем по социалистическим ценам», — он ласково похлопывает по коробкам.

«Ты не знаешь, кто я. Даже я сам этого не знаю». (Сделать паузу.) «Мне нужны колонки».

Осмотреть колонки.

Эти некогда могучие колонки покорены, их роль сведена до жалкой подставки для непобедимых «ФАЛН Ультра», которые их когда-то венчали.

На фанере корпуса выжиганием нанесена надпись: «Солидарная помощь от Самарской Народной Республики». Сами колонки не демонстрируют никаких магических свойств.

«Нет-нет, не смотрите на колонки, начальник. Смотрите на кроссовки, — указывает мужчина на обувь. — Кроссовки — вот кто здесь настоящая звезда!»

«А с колонками-то что? Неужели никто не хочет покупать колонки?»

«Эти, начальник? Эти колонки — хлам из Самары. Мне стыдно даже, что я их как подставку использую. Не тратьте на них время».

«Хлам из Самары? Похоже, эти колонки производства Самарской Народной Республики — под диктатурой пролетариата.

«Ладно, буду смотреть на кроссовки».

«Хороший выбор, начальник. Вы больше нигде таких выгодных предложений не найдете».

«Но я уже купил кроссовки».

«Да, это так. Тогда наденьте их и смотрите на них, начальник. Пусть люди завидуют вашему премиальному стилю жизни!»

Полюбоваться своими кроссовками в полной тишине.

«О! — восклицает он, делая вид, будто утирает слезу. — Они так прекрасны, что я с трудом могу на них смотреть».

«Но я ведь уже их ношу». (Показать на кроссовки).

«Это правда, начальник, — говорит уличный торговец. — Вот я олух! Ступайте — и ведите свой премиальный стиль жизни».

«Бедные маленькие колоночки». (Погладить их.)

«Не надо их жалеть, начальник. Это старый самарийский хлам. Даже не смотрите на них! Смотрите лучше на эти крутые „ФАЛН Ультра”».

«Но я уже смотрел на кроссовки».

«Тогда посмотрите еще раз! Это кроссовки для премиального стиля жизни, начальник, — лучшие на рынке!»

Эти некогда уважаемые колонки покорены, их роль сведена до жалкой подставки для непобедимых «ФАЛН Ультра».

[Уйти.]

«Мне нужны эти кроссовки „ФАЛН”».

«Суперкруто! Теперь премиальный стиль жизни у вас в руках, начальник».

Кроссовки словно трепещут у тебя в руках, наполненные какой-то таинственной энергией.

Колонки внизу унижены и оскорблены. Кроссовки триумфально попирают их — сразу понятно, кто тут звезда.

Советую тебе подойти и спросить продавца, не возьмет ли он в оплату за кроссовки твою личную обеспеченность.

Ты видишь две попранные и униженные колонки — низкородные отбросы, рабы в мире акустики. На них — словно покорители, обозревающие захваченные земли — износостойкие кроссовки «ФАЛН» серии «Ультра».

«Я вижу, у вас вкус к роскоши, начальник! — говорит торговец. — Никак не можете отвести глаз от этих кроссовок?»

Кстати, о роскоши. Советую тебе подойти и спросить, не возьмет ли торговец в оплату за кроссовки твою личную обеспеченность.