Капли дождя падают на бело-синюю полицейскую раскраску мотокареты.

«Да так, по верхам. Литой чугунный корпус, впрыскивание в вихревую камеру, верхние распредвалы с приводом на двух цепях, два клапана на цилиндр, гидравлическая регулировка зазоров...»

«Кхм... да, все верно, — он уже очень удивленно глядит на тебя. — Я здорово впечатлен тем, что вы всё это знаете».

«Нет». (Печально помотать головой.) «А хотелось бы».

«Ясно, — кивает лейтенант. — Но это сбивает с толку. Что ж, давайте вернемся к нашим насущным делам?»

«Значит, это... (потереть подбородок) семилитровый V12?»

«Семь и две десятых, заряженный», — лейтенант пытается скрыть довольную улыбку до ушей. Довольно неудачно.

Он прямо наслаждается, произнося эти слова.

«Ладно, идем». [Уйти.]

«Постойте... то есть вы хотите сказать, что помните все эти детали, которые касаются механики, но при этом не можете вспомнить своего имени?»

«Ага, очень странно. Ведь мне даже не очень нравятся мотокареты».

«Ну да, — сухо отвечает лейтенант, — не всем нравится скорость».

Что?! Не всем нравится «скорость»... а, он про быстрое движение. Да, этот вкус надо у себя развивать.

Что?! Тебе-то «скорость» определенно... а, он про быстрое движение. Да, на этом особо не заторчишь, так что... проехали.

«Может, я многого не знаю, но в мотокаретах разбираюсь хорошо. Должно быть, это что-то подсознательное».

«Странно... но, впрочем, правдоподобно, — он смеривает тебя взглядом и поворачивается, чтобы уйти. — Вероятно, вы тоже отчасти... механофил».

«Кажется, ему нравится эта мысль».

«Славная машина...» (Провести рукой по металлическому корпусу.)

«Не заляпайте мне краску. Я совсем недавно ее полировал».

Ого... он явно не рад, что ты назвал его ботаником. Ну ничего, успокоится.

«Да, — лейтенант пробегает взглядом по контурам мотокареты, и в его голосе слышится нежность. — Замечательная машина».

«Она милая, и все такое, но почему так скромно? Надо добавить крутизны и огня! Чтобы все упали!»

Гелиевые фары значительно повысили бы дальность и качество обзора в темное время суток.

Сейчас машина выглядит немного по-девичьи. На нее надо поставить грамотное внедорожное снаряжение.

«Если поставить лебедку и внедорожные шины, то можно свернуть с проторенного пути, Ким».

«Да, но мы не будем этого делать, потому что это спортивная мотокарета». Похоже, у него есть четкое представление о том, какой должна быть его машина.

«Ладно. Довольно о деталях».

«Что-нибудь еще?»

«Ты не думал о том, чтобы поставить гелиевые фары?»

«На самом деле, у меня дома как раз есть комплект, просто никак руки не доходят поставить. Сначала надо проложить проводку для пускателей...»

«Похоже, возни с ними будет много. Ну, удачи».

«Спасибо, — улыбается лейтенант. — Тут мы закончили?»

«Если мы когда-нибудь раскроем это дело, может быть, поставим их вместе?»

«Вы хотите помочь? — смотрит он на вас и улыбается. — Спасибо за предложение. Думаю, будет весело. Но только сначала дело, хорошо?»

Эта идея ему понравилась.

«О... — чешет в затылке лейтенант. — Да, давайте мы как-нибудь подумаем об этом».

Он не в восторге от этой идеи.

«Может быть, — примирительно улыбается он и кивает. — Да, определенно может быть».

...и это означает «нет».

«Тебе нужно заделать ее так, чтобы все упали, Ким. Добавить ей злости».

«Извините, я что-то потерял нить».

Вдарь по нему жаргоном.

«Занизить бы эту тачку на стольник-другой миллиметров, загнать изгиб в минуса...»

«Нет, это... порно-тюнинг».

ГОВОРИ БОЛЬШИМИ СЛОВАМИ!

«Ей нужен ГРОМАДНЫЙ комплект наддува, а на крыше ИСПОЛИНСКИЙ...»

«Порно. Это сокращение от „порнографии”».

Единственное предназначение порнографии — стимулировать органы зрения, чтобы вызвать сексуальное возбуждение. Модификации, которые ты предлагаешь, обладают тем же эффектом».

«Порнография — это совершенно другое, Ким».

«Нет, никакого порно. Но спасибо за предложение».

За всю историю убеждений еще ни разу не встречалось настолько убежденного человека.

«Так и что? Что плохого в порнографии?»

«Что ж... похоже, меня действительно увело куда-то в порно-сторону».

«Я искренне рад, что мне не придется вас в этом убеждать, — он бросает взгляд на свою машину. — Вернемся к работе?»

«Погоди, а как как же твои колпаки? А?»

«Колпаки были стильными, элегантными... — он останавливается, подбирая слова. — Даже блистательными. А то, что предлагаете вы, — это порно».

«Поверь мне, будет круто».

«Чего?»

«И я тоже. Я даже не знаю, почему это сказал».

«Ну, — говорит лейтенант, слегка нахмурившись, — может, просто не стоит произносить вслух все, что приходит вам в голову? Это сбивает с толку людей».

«Согласен. Идем дальше». [Закончить с мыслью.]