На столе ты видишь миску с водой, грубый брусок мыла, а рядом с ним — небольшое…

На столе ты видишь миску с водой, грубый брусок мыла, а рядом с ним — небольшое зеркальце. В раковине отмокает опасная бритва.

Заметив, что ты задумался над раковиной, лейтенант кидает на тебя смущенный взгляд.

Пожалуйста, занимайся личной гигиеной в свое свободное время.

[Уйти.]

На столе ты видишь миску с водой, грубый брусок мыла, а рядом с ним — небольшое зеркальце. В раковине отмокает опасная бритва.

Пора побриться. Сбрить эти бакенбарды.

Словно художник с кистью или мастер фехтования, ты ловко орудуешь зеркальцем и бритвой с мыльной пеной, чтобы истребить все неухоженные волосы у себя под носом.

Острое лезвие с царапающим звуком скользит по твоей коже. Там, где была борода, кожа кажется нежнее, и воздух заметно холодит ее.

Потрогать гладко выбритые щеки.

Они такие удивительно мягкие... Тебя охватывает чувство свежести, словно ты только что вылез из ледяной ванны.

У тебя больше нет лица. Одна младенческая жопка.

Надеюсь, это было правильное решение.

Из сомнений рождается новая сила — словно ты избавился от бремени дурных решений. Тебе кажется, что ты прошел через какой-то ритуал, словно восстал из ледяной воды...

Ага. И очистился так, что аж вернулся во младенчество. Ты выглядишь, как сосунок!

Острое лезвие с царапающим звуком скользит по твоей коже. Там, где была борода, кожа кажется нежнее, и воздух заметно холодит ее.

Твоя рука так трясется, что тебе не хватает духу даже попробовать. Может быть, ты слишком дикий в сердце?

Ты дрожащей рукой скребешь себе щеку... Разве так бреется взрослый мужчина?!

Бритве не хватает остроты. Нажимай сильнее.

Хватит, молю тебя! Ты себе так горло перережешь.

Тут уже ничего не поделаешь.

Мне обязательно надо сбрить бакенбарды!

Твоя рука отказывается сдвигаться еще хотя бы на миллиметр. По щеке стекает тонкая струйка крови.

Бросить бритву в раковину.

Бритва с лязгом падает. В воде начинает расплываться красная струйка.

Положить бритву.

Слава богу! Я бы тебе точно горло перерезал.

Наша многоручка преувеличивает. На самом деле люди не перерезают себе горло, когда бреются. По крайней мере, по неловкости.

Побриться — это правильное решение?

Откуда тебе знать? Ты даже лица своего не видел. Загляни в зеркало, и тогда сам решишь.

В воде показывается размытое отражение твоего лица — нос распухший и красный, волосы спутаны, уголки глаз и лоб прорезают морщины. Усы изрядно разрослись.

Если избавишься от бакенбард, то станешь выглядеть, как жалкий лошок.

Впереди виднеется новое начало. Ты должен очиститься, чтобы переродиться заново.

Правильно ли было бриться?

В воде показывается размытое отражение твоего чисто выбритого лица. Несмотря на распухший нос, спутанные волосы и неизменные отеки, ты выглядишь... немного моложе, да?

Ты почти что выглядишь профессионалом.

Твое лицо, как оно есть. Обычная человеческая физиономия. Без гримас.

Без растительности твои щеки делают гримасу еще более ужасающей.

Смыть с себя запах смерти.

Как хорошо, что ты не полез туда голыми руками. От запаха смерти на коже удивительно трудно избавиться, ну а одежда у тебя крепкая, хоть стирка и занимает изрядное количество времени.

Но терпение и труд все перетрут: проходит пятнадцать минут, и ты становишься почти похож на человека. То, что тебя больше не преследует жуткая вонь мертвой плоти, сразу же поднимает дух.

На то, чтобы оттереть мертвую плоть с рук, уходит изрядное количество времени. Особенно тяжело даются ногти. Смерть проникла в каждую трещинку.

Надо было использовать перчатки. Детективы всегда используют перчатки, когда решают покопаться у трупа в мозгах.

Но терпение и труд все перетрут, и твои незадачливые руки наконец-то становятся чистыми и презентабельными... ну, что-то вроде. То, что тебя больше не преследует жуткая вонь мертвой плоти, поднимает дух.