Разговор · Логика

Он чувствует, что-то не так.

«Ты трезв. Сложно было оставаться трезвым ради этой встречи?»

«Нам для хардкора наркота не нужна!»

«Заткнись, Камон!»

«Знаю, без наркотиков я не был бы таким хардкорным».

«Э-э-э...» Он не знает, как реагировать на твои слова.

«Так что, Асель наркотики нужны сильнее, чем вам?»

«Чувак, мы в курсе, что у нее проблемы. И мы работаем над этим. Ее детство счастливым не назовешь».

Глубоко внутри он просто в бешенстве, что она им всё испортила. Похоже, их подружку ждут неприятности.

«Короче говоря, я знаю». (Продолжить.)

«И что же ты знаешь?» — с вызовом бросает он.

«Пусть и не сегодня, Камон, но наркотики вам все-таки нужны, чтобы скоротать те дни, когда у вас нет гостей вроде меня».

«Слышь, начальник, ты сам-то святой, что ли? Сознание еще не привыкло к этой вселенной. У каждого свой способ смягчать удары».

«Соона говорит, вы врете по поводу ваших планов. Твой ответ был очень неубедительным».

Он хмурится. «Блин, чувак, с некоторыми людьми очень непросто поладить, но мы хотя бы пытаемся. У нас здесь дело».

«Короче: вы пытались использовать полицейского, чтобы организовать нарколабораторию».

«Ну это же... — Он машет руками. — Да ладно, это же...»

«Незаконно?»

«Я хотел сказать: „Неправда“».

«Карается расстрелом на месте?»

«Нет!» Он смотрит на твою руку, задержавшуюся у кобуры. У него на глазах выступают слезы.

Так вот что такое власть! Ну как, нравится?

(Обойдусь и без этого. Убрать руку от кобуры.) «То есть это не карается смертью?»

«Нет! Я только хотел сказать, что это неправда!»

(Нравится: придвинуть руку еще ближе к кобуре.) «То есть это не карается смертью?»

«То есть обман полицейского не карается смертью?»

«То есть использование полицейского в качестве ничего не подозревающего соучастника преступления не карается смертью?»

«Нет!» Глаза его округляются от страха.

«Нелепо?»

«Я хотел сказать: „Неправда“».

«Дело ведь не в открытии клуба. Палатка забита лабораторным оборудованием. Для производства наркотиков».

«Понятия не имею, как ты пришел к такому выводу, но он неправильный! Смотри, у нас даже динамики есть!» Он показывает на динамик.

Динамик. У них есть один динамик.

«Этот нозафед нужен вам ради его действующего вещества».

«Тебе же сказали, что это для носа. Чего еще тебе нужно?»

Вероятно, псевдоэфедрин, почти та же форма, что у эфедрина. Эфедрин приносит радость, как и псевдоэфедрин.

«Полагаю, этого достаточно?» (Продолжить.)

«Да иди ты...» — устало произносит он.

«Пахнет эфиром. Очень полезный растворитель, особенно для выделения действующего вещества из раствора».

«Определись уже! То пот, то эфир...» Он нервно улыбается.

«А где его братишка? Он что, потерялся?»

«Какой еще братишка?»

«Второй динамик. У вас ведь только один».

«Это система с одним динамиком! Моноакустическая. Да что ты вообще знаешь о том, каким должен быть звук в анодной музыке! Другой динамик... Тоже мне!»

Может, конечно, все дело в повреждении мозга, но ты точно никогда раньше не слышал о моноакустических системах или системах с одним динамиком.

«Дистиллированная вода — фундаментальный элемент чистой лаборатории».

«А также любого организма, состоящего из клеток. Ты на что намекаешь, законник?»

«У вас нет наушников. Разве Асель не нужны наушники, чтобы крутить катушки?»

«Да что ты вообще знаешь о том, как крутить катушки? Ничего!»

«Я знаю, что вы их заложили. Скорее всего, чтобы купить лабораторное оборудование и сырье для наркотиков».

«Я, конечно, извиняюсь, но нет тут никакого лабораторного оборудования. И сырья для наркотиков нет».

«Соона намекнула мне, что я не вижу всей картины, что я наивен».

«Эй, чувак, кто знает, что у нее на уме. — Он усмехается. — Я понял, она просто не хочет, чтобы мы заняли церковь. Точит на нас зуб».

«Кто не любит танцевать? Она не любит танцевать!»

«Так что же мне с вами делать?» (Продолжить.)

«Делать? Что ты имеешь в виду?»

В его голосе звучит покорность. Он вот-вот перестанет ломать комедию. Осталось немного поднажать.

Лучше всего показать равнодушие. Для начала скажи ему, что тебе вообще все равно.

Настало время угроз. Он не вынесет давления.

«Поступим по закону. Сначала ты мне всё расскажешь, а потом я вынесу приговор».