Разговор · Труп пролетария

Высохшая кровь покрывает волосы на затылке — здесь была открытая рана. На ощупь липкая и холодная.

Вот что его убило.

Вот отсюда его душа и покинула тело. Капля за каплей, пока он лежал без сознания. Это продолжалось три, может, четыре минуты.

«Я не вижу никаких серьезных ранений. А вы?»

«Тоже нет. Только вот это на затылке».

«Похоже, травма головы и стала причиной смерти. Она точно совпадает с формой скамьи...»

«Сложно сказать».

Осмотреть обертку от жевательной резинки.

Мятная жвачка «Рубовски». На этикетке изображены зеленые листья. Рот мертвеца приоткрыт от ужаса перед падением...

Заглянуть внутрь.

Темнота смерти. Смрад. Кажется, можно разглядеть белую жевательную резинку.

Так и есть. Почти целая пачка плотным комком прилипла к нижним молярам.

«Он всю пачку сжевал? Чтобы скрыть запах алкоголя перед возвращением домой. Самое ужасное, что... —

Ким ежится от холода. — Я уже видел такое: почти тот же сценарий. Вплоть до жвачки. Всегда одно и то же...»

В голове его проносится мысль: «В канаве на обочине шоссе 8/81. Молодой отец». Он встряхивает головой, чтобы прервать воспоминания.

Очевидно, чтобы скрыть запах алкоголя.

Отстраниться.

Осторожно. С востока дует очень сильный ветер.

Осмотреть бутылку.

Водка «Тулула», 0,75 литра. Крышка отсутствует. Бутылка практически пустая.

Средняя ценовая категория. С нотками ментола. Человеку хотелось хорошо провести время.

«Тара, куда ни глянь...», — взгляд его останавливается на двух других бутылках, забытых кем-то возле платного бинокля, а потом — на твоем желтом пакете.

«Думаю, в этот раз не стоит их подбирать. Это... не совсем уместно».

Да. Это значило бы проявить... неуважение.

«Тара, куда ни глянь...», — взгляд его останавливается на двух других бутылках, забытых кем-то возле платного бинокля.

На мостках кто-то лежит — ноги и руки согнуты, шея вывернута под неестественным углом. Рядом валяется пустая бутылка из-под спиртного. В руке зажата обертка от жевательной резинки.

Его левая нога провалилась между досок настила, а за ней и вся нижняя часть тела, которое сложилось, будто жалкая тряпичная кукла.

Этот запах... Конечно, еще не труп двухнедельной давности, но, как говорится, дайте только время.

«Секунду». Лейтенант присаживается на корточки возле трупа и внимательно осматривает лицо. Мертвец равнодушно пялится на него выпученными глазами.

«Цианоз едва проявился. Этот человек, кем бы он ни был, умер не более двух дней назад, — он встает и ежится от задувающего под куртку ветра. — Нужно выяснить, что случилось».

Еще один труп. Это твоя работа. Соберись.

Спокойно. Полегче. Очередной день, очередное мертвое тело. Дыши глубже.

«Похоже, он умер уже довольно давно. Странно, что до вас его никто не нашел», — Ким выпрямляется и ежится от задувающего под куртку ветра.