Разговор · Древний рептильный мозг

Мысли, детка. Миллионы сполохов во тьме. А ты тонкий инструмент, братишка! Все эти лица и имена, смех, и вскрики, и хитрости... Все закоулки всех улиц...

Записаны в тебе. Навечно. На ферроленте.

Она крутится впустую.

Она крутится и крутится — часами. На дискотеке, где ты впервые пригласил ее на танец. Воспаряя — воспаряя! — над черным изгибом горизонта. Распахнутые крылья сна усыпаны звездами.

Узри! Их здесь миллионы. Тот, первый раз. И тот, последний. Дым у нее во рту, цветы в горшке, лица: отворачиваются; меняются.

Что это?

Это мир, парниша. И ты из него соткан. Каждый день, что ты в нем проводишь, ты создаешь еще немного себя из его кусочков. Боюсь, тебя уже не расплести.

Всю эту дрянь уже не забыть.

Цвета. Голоса.

Крутятся на бесконечном повторе, выплевывая слова и образы.

Ты снова дитя Мира. Гарри — неустанно куда-то бегущий, подбирающий мусор и старые газеты, обертки от жвачек и идиотские почтовые открытки. Бессмысленные, бессмысленные сувениры.

Читаешь свои ужасные письма и вспоминаешь всякое, м? Бесчисленные имена мира... Ты адресная книга. Ты карта города.

Но что, если я хочу быть агентом небытия?

Поздно. Ты уже не соткан из ничего, ты уже что-то, Гарри. Я пытался утопить тебя в черной воде, но ты выплыл. Ты бился и кричал. Бежал. Зачем?

Ради пролетариата.

Ради денег, детка.

Ради высшего блага.

Ради Ревашоля. Ревашоль важнее всего.

Решать свои кроссвордики? Выполнять задачки, вычеркивать из списочков имена? Пытаться стать эдаким пеленгатором всего мира... Но это ведь ничего не исправит. Дым не вернется к ней в рот...

К черту политику. Такими темпами я никогда не высплюсь.

Уверен? Возможно, сейчас ты отказываешься от блистательного и уникального будущего.

Ты прав. Пора заняться политикой.

Я знал, что ты не устоишь. Значит, будешь менять мир. Но каким образом?

Да, уверен. Я очень скучный, аполитичный и хочу спать. [Отбросить мысль.]

Слыхал? Он отрекается от политики. Он теперь будет заниматься только серьезными делами.

Еще одна бездумная и пустая кожурка, плывущая по серой глади повседневности.

Дзынь-дзынь-дзынь! Будильник звонит, Гарри. Дискотека продолжается, цирк не стоит на месте! Прошлой ночью ты едва проспал три часа.

Ты справишься. Раз плюнуть. Ради города. Давай.

Ради ветра.

Ради паззла. Сложи его. Разговор к разговору — и ты разгадаешь мир.

[Открыть глаза.]

Нельзя сдаваться. Нужно продолжать бороться. Ради Ревашоля... [Продолжить развивать мысль.]

Ну вот опять он начинает. Какой неукротимый политик наш Гарри. До сих пор не может понять, что это мир меняет его...

Он понятия не имеет, что его ждет.

Почему?

Ведь разбивает сердце лишь любовь...

Ощутить под щекой подушку.

Мы продвигаемся вперед. Медленно, но верно... [Продолжить развивать мысль.]

Я просто забочусь о своих экономических интересах... [Продолжить развивать мысль.]

Я строю коммунизм для всех. В этот раз все получится... [Продолжить развивать мысль.]

Именно. Я движущая сила мира.

Если все будет так продолжаться, ты свихнешься. Еще денек, и тебя увезут в желтый домик. Я уверен. И ради чего, братюня?

Дождь, снег... Я не хочу. Они красивые.

Красивые? Они крутятся на бесконечном повторе, выплевывая слова и образы.

Бесконечные видения. Сотрите их.

Уже никак. Оно крутится на бесконечном повторе, выплевывая слова и образы.

Она крутится в вечности.

Крутится, крутится... скажи, я сплю?

Нет. Ты крутишь ленты на дискотеке. На великой, беспрестанной дискотеке разума. Огни! Грохот! Бесконечное познание.