Разговор · Резчица игральных костей

Некоторые из этих милейших людей тратят очень много денег на необычные заказы.

Она благодарна за стабильность, которую они ей обеспечивают.

«Вы знаете, что случилось с остальными арендаторами? Сейчас здесь больше никого нет».

«Более или менее. — Она поправляет желтый платок на голове. — Вас интересует кто-то конкретный?»

Ой, да на самом деле много кто.

Крысы шебуршат в темных комнатах, под покинутыми сушилками для волос и пыльными манекенами; паутина покрывает лопасти винтов и радиокомпьютеры... Кругом сплошной упадок.

«Ладно, а где мы вообще находимся? Что это за место?» (Осмотреть помещение.)

«Мы находимся в дымоходе старого котла центрального отопления. Да, я знаю, звучит странно», — она скользит взглядом по красным кирпичам стен. Даже после того как стены покрасили, на них то тут, то там все еще видны следы черной сажи.

«Когда я пришла сюда, все прочие помещения были уже заняты, так что пришлось обустроить себе берлогу прямо здесь. Кроме того, мне не приходится даже платить за аренду, а это большой плюс».

Плезанция была права... В дымоходе действительно живет сущность! Расспроси ее о проклятии.

То есть она незаконно заняла часть здания? Безобразие!

«Выглядит неплохо», — лейтенант осматривает просторное помещение, высокий потолок которого теряется в сумраке.

Когда она здесь обосновалась, все остальные помещения были заняты... Значит, она должна знать про другие предприятия.

«Вы вернулись, — произносит похожая на птичку женщина, отрывая взгляд от стола. — Определились, какая игральная кость вам нужна?»

«Неважно, я зайду попозже». [Уйти.]

«Как скажете. До скорого», — она кивает, поворачиваясь обратно к столу.

«Погодите, что вы имеете в виду, когда говорите мильё?»

«Ах да, мильё — это как станция приема звонков. Для того чтобы получить доступ, нужна радиостанция. Вот зачем они мне», — она поглаживает наушники, лежащие на столе.

«По большей части они учат вас ругаться на разных языках, но некоторые станции могут быть довольно интересными. Я так увлеклась, что, должно быть, не слышала, как вы стучали».

«Почему вы спрашиваете меня об игральных костях? (Продолжить.)

«Я резчица игральных костей, — отвечает она. — Скажите, в какую ролевую игру вы играете, и я сделаю для вас нужную кость. Вы ведь пришли за этим, да?»

Во время разговора она вертит в костлявых пальцах кольцо. У нее тонкие пальцы, но сильные руки.

Ролевые игры? Ты знаешь о ролевых играх: «Виррал», «Покинутый мир Виррала», хм, что там еще...

«Нет, мне нужно кое-что другое... — ты загадочно прищуриваешься. — Ответы».

«Ответы? Как странно. Ко мне нынче приходят только за костями для ролевых игр...»

«Не уверена, что смогу вам помочь, но давайте, спрашивайте». Стены ее комнаты сплошь покрыты полками с драгоценными камнями и минералами.

Создается ощущение, что камни и игральные кости — это неотъемлемая часть помещения, которая сталагмитами прорастает из полок.

Эта женщина не желает тебе (да и никому вообще) зла. Она готова честно, ничего не тая, ответить на твои вопросы.

Здесь фальши нет, резчице нечего скрывать. Спросите у нее то, что хотите.

«Прямо сейчас меня не интересуют игральные кости. Я из полиции и хотел бы задать вам несколько вопросов».

«Конечно, понимаю. Просто я подумала, что вы полицейский, которому нужна игральная кость... — она наклоняет свою птичью головку. — Чем еще я могу вам помочь?»

«Конечно! Я люблю ролевые игры, и мне нужны игральные кости».

«Замечательно, — произносит она. — Стандартная цена — 10 реалов за набор. Если вам, конечно, не нужно что-нибудь очень уж специфичное...»

«Осмотритесь — может, вам приглянется какой-нибудь конкретный камень», — стены ее комнаты сплошь покрыты полками с драгоценными камнями и минералами.

«Возможно. Честно говоря, я не очень уверен, за чем пришел».

«Как странно, — произносит она. — Ну что ж, если заинтересуетесь игральными костями, стандартная цена — 10 реалов за набор. Если вам, конечно, не нужно что-нибудь очень уж специфичное...»

Ролевые игры? Ты знаешь «Виррал». Это считается?

Ролевые игры? Ты знаешь одну — ту, что создали в «Фортрес Эксидент». Это считается?

«Вы, наверное, меня с кем-то перепутали. Я не стучал в окно».

«Тогда как же вы вошли? Через южный вход? — она моргает. — А знаете, это и не важно. Важно то, что вы наконец здесь. Давайте поговорим об игральных костях. Вам нужна какая-то конкретная?»

«А, это опять вы. Вы стучали мне в окно? Вам нужна игральная кость?»

«Здравствуйте, я —Ниа», — похожая на птичку женщина восседает на троне из инструментов, сквозь ее волосы пробивается изумрудный свет.

«Вы стучали мне в окно? Я, видимо, не обратила внимания. Слушала свои мильё», — она постукивает по наушникам.

«Так что, какая игральная кость вам нужна?»

Может, она и есть зловредная Сущность? Возможно, будет разумнее пока продолжить этот маскарад...

Ее окно выходит как раз на задний двор. Нужно расспросить ее о линчевании.

«Мы находимся в дымоходе старого котла центрального отопления. Да, я знаю, звучит странно», — она скользит взглядом по красным кирпичам стен. Даже после того как стены покрасили, на них то тут, то там все еще видны следы черной сажи.

«А, это вы, — она оборачивается. — Надо же, как вы поздно. Чем могу помочь?»

«И снова здравствуйте, — она оборачивается. — Вы прямо любитель блуждать во тьме. Чем могу помочь?»

«Чем я могу вам помочь?»