Разговор · Внутренняя империя

Оглядываясь назад, ты думаешь: а ведь его в самом деле прикончила любовь.

[Не обращать внимания.]

Я был прав...

Если б не она, его бы там не было. И пуля бы не встретилась с его нёбом...

Откуда я тогда... всё это знаю?

Кто знает?.. Холодает. Тебе пора.

«А было — по-настоящему?»

«Не знаю...» Она смотрит вниз, во двор, а затем снова на свой кофе.

Кивок — едва заметный.

По-настоящему.

Я уже скучаю по Клаасье.

Разумеется, Гарри. Все скучают.

Она навеки сгинула... Мессир, едва ли отыщете вторую прелестницу подобной красоты!

Глупец! Чего ждешь?! Скорее организовывай спасательную операцию, вызволяй ее!

Но что здесь коммунистического?

Неведомо. Колючий ветер. Хлопанье обшивки аэростатов в стратосфере.

(Повернуться к Клаасье). «Похоже, его действительно прикончила любовь».

Она молчит, вцепившись в кофейную кружку. Пар от нее не поднимается. Кофе остыл.

Этот, похоже, не совсем испохаблен... хорошо. Он поможет открыть глаза остальным.

Запомни это молчание. Эта девушка опасна. Рядом с ней страдают люди.

[Закончить с мыслью.]

Промолчать. Пусть ответит.

«Да... — наконец прерывает она молчание. — Хочется верить, что он меня не любил. Что это всё было под веществами и не по-настоящему».

«Почему?»

«Так проще». Она отпивает кофе.

Она его убила... (Взглянуть на Клаасье.)

Нет. Не забывай, его убил коммунизм. А любовь поспособствовала. Вот что тебе известно.

Или это коммунизма его убил, а любовь прикончила...

Я поступил правильно. Уверен.

Приятно, правда? Когда правильно поступаешь.

Что за траурное настроение? Ты поступил как хороший коп. Похлопай себе да живи дальше.

Ты просто действовал как хороший коп.

Если б не она, его бы там не было. И пуля бы не встретилась с его нёбом...