Разговор · Ким Кицураги

(Прошептать.) «Ким, мы справились».

Лейтенант улыбается так, что видишь только ты.

«Кто вообще придумал его повесить — она?»

«Можно и так сказать».

«Девчонок» две — помнишь? Возможно, он говорит про вторую.

«Прежде ты сказал, что помощи попросили девчонки. Ты сейчас про вторую?»

«Верно, — моргает он. — Она придумала его повесить — а мне понравилось. По политическим причинам. Это правильный посыл».

«Это же она, так? Восьмой Харди, которого нет...»

Громила делает к тебе шаг. «Дружище, ты слишком много думаешь. Ты это дело брось, голова лопнет».

Слегка перегибаешь — но ты определенно прав.

«Та девушка просто работает с парнями Харди. Да и все равно ты ее не знаешь».

«Понял. Ты можешь сказать мне хоть что-нибудь про нее? Имя, текущее местоположение?»

«Не-а, — отвечает он. — До нее ты не доберешься. Говори с Клаасье».

«Знаешь, Тит, нет ничего дурного в существовании девицы Харди».

Лицо его каменеет. Он мрачно качает головой. «Мы парни Харди. Точка».

«Если я продолжу про нее расспрашивать, ты просто будешь отмалчиваться, так?»

«Рад, что ты это понял».

«Это же она, так? Восьмой Харди, которого нет? Та, другая девушка».

Громила поворачивается к Глену, который как раз хотел что-то сказать.

Блондин захлопывает рот, не сказав ни слова.

«Еще раз повторяю... — поворачивается к тебе Тит. — Все парни Харди — здесь, коп. Эта девушка с парнями Харди просто работает. И все равно ты ее не знаешь».

«Кто она — эта другая девушка? Я ее знаю?»

«Нет, — качает он головой, — по имени ты с ней точно общаться не станешь».

«Ладно. Где она?»

«Ты до нее не доберешься, — спокойно отвечает он. — Она работает с группой Харди. Говорить тебе надо с Клаасье».

Ха! Вот оно что. Кусочки головоломки складываются...

«То есть восьмой парень Харди, которого тут нет, — на самом деле девица Харди?»

«Нет. Вовсе нет. Она просто девушка, которая иногда проводит с нами время и сочувствует Клаасье. Давай на том и остановимся».

«Знаешь, вообще тут парни между собой поговорили, и...»

«Нет. Мой ответ — нет, Глен. — Он поворачивается к тебе. — Мы парни Харди и ими и останемся».

«Она в группе Харди? То есть она типа... девица Харди?»

«Так далеко я бы не заходил. Это просто девушка, которая иногда проводит с нами время и сочувствует Клаасье. Давай на том и остановимся».

«Ладно, понял. Ты снова молчишь».

«Рад, что ты это понял».

«В смысле?»

«Нам... помогли. Другая девушка. Она придумала его повесить — а мне понравилось. По политическим причинам. Это правильный посыл».

«Спасибо за этот разговор, Тит. Я побеседую с ней — в последний раз». (Подвести итоги.)

«Давай. — Он хватает пиво, крутит его в руке; потом ему что-то приходит на ум. — И это, коп. Пока не ушел».

Снаружи вдруг поднимается ветер. Ты слышишь, как он стучит окнами в больших рамах. Таскает газеты, кружит подле «Танцев» столпом теплого воздуха...

«Она... — Он поднимает глаза. — Клаасье приехала в Мартинез в надежде спрятаться — как и многие из нас. Когда некуда идти, волна прибивает к этому берегу. Профсоюз принимает таких людей — и да, она отказалась от защиты, но...»

Даже теперь, после всей этой мороки...

«Пока, Тит». [Уйти.]

«Но ты бы все равно предпочел, чтобы мы ее не арестовывали?»

«Именно. Если бы мы не помогали людям, которых сюда приносит, тут остались бы просто развалины да пара контейнеров».

«Мы примем это во внимание». Лейтенант опускает блокнот в карман куртки и готовится уйти.

«Мне жаль, что вы из-за меня поругались».

«И мне».

«Так вы его не убивали. Он уже был мертв».

Он кивает.

«Вы повесили труп, чтобы скрыть истинную причину смерти: пулю в голове».

Еще один кивок.

«Зачем?»

«Девчонки попросили. Они во что-то круто вляпались».

«Девчонки» — во множественном? Есть другая девчонка? Их две? Держи это в уме. Беседа наверняка к ней еще вернется.

«Она его убила?»

«Коп, я без понятия. Девчонка сказала, это не она...»

Он не думает, что это она. Или, по крайней мере, надеется.

«Что произошло ночью воскресенья?»

«Клаасье спустилась, — он указывает на лестницу. — И она была совсем отъехавшая. Под наркотой — даже сильнее обычного. Ну, знаешь — выпученные глаза, лицевые спазмы? Те, которые не прикольные».

«Выглядело так, будто она повторно закинулась, когда случилась какая-то срань. Видал я уже такое — ей было страшно. Тогда я понял, что кто-то умер».