«Хорошо, — кивает он. — Ошибки можно простить, когда человек хотя бы попробовал исправить содеянное. Я полагаю, что ты попробуешь. А теперь скажи, для чего ты к нам подошел?»
«Хорошо, — кивает он. — Ошибки можно простить, когда человек хотя бы попробовал исправить содеянное. Я полагаю, что ты попробуешь. А теперь скажи, для чего ты к нам подошел?»