Разговор · Соона, программистка

«Послушайте, а что если мы установим антенну под землей?»

«Это очень сильно затруднит передачу сигнала по воздуху... И сведет на нет все наши старания».

«Скажите, детектив, разве в 41-м участке офицеры не проходят подготовительные курсы по радиосвязи? Мне казалось, это требование распространяется на всю РГМ».

«Честно говоря, ваши идеи не очень-то помогают».

Ладно. Пора начинать мозговой штурм. Помни, это просто этап накидывания идей. Плохих идей не бывает.

«Я знаю. Почему бы нам не использовать мачту огромного корабля?»

«А у вас есть доступ к огромному кораблю?»

«Нет».

«Поэтому этот вариант нам не подходит».

«Я могу попросить об услуге представительницу „Уайлд Пайнс“. Мы друзья».

«Что-то мне подсказывает, что госпожа Мессье будет не в восторге от вашего плана использовать ее яхту для переговоров с боевым кораблем Коалиции».

«Да, звучит маловероятно».

«Очень сильно сомневаюсь, что кто-то из „Уайлд Пайнс“ позволит нам превратить свой корабль в гигантский радиопередатчик».

«У меня идея. Может, в порту есть антенна, которой мы могли бы воспользоваться?»

«А вы не думаете, что профсоюз будет против?»

«Хм. Возможно».

«Поэтому этот вариант нам не подходит».

«С чего бы? Мы с Эвраром тесно общаемся».

«Я бы сказал, даже слишком тесно».

«Не знаю, какие там у вас отношения с профсоюзом, но вряд ли им понравится, что мы собираемся воспользоваться их оборудованием для переговоров с Коалицией».

«Не думаю, что председатель профсоюза позволит нам воспользоваться своим оборудованием для переговоров с Коалицией».

Элементарно! Антенна — это просто что-то высокое, так ведь?

«Мы могли бы использовать шпиль этой церкви». (Указать наверх.)

«Нет, эта церковь деревянная. Видимо, вы не имеете представления о том, как работают радиоволны».

Надеть наушники.

Все исчезает. Тишина обволакивает, ты словно утопаешь в ней, обращая взгляд вовнутрь, к своему жалкому сознанию.

А потом давление меняется.

Я что-нибудь вообще слышу?

Как будто ты летишь на аэростате или у тебя заложило уши, ты словно чувствуешь малейшее изменение в атмосфере, как будто погода вот-вот переменится и воздух уже стал другим...

А что, если звук, который ты надеешься услышать, просто слишком низкий — и его услышать нельзя?

«Соона... — Ты снимаешь наушники. — А что, если нам просто нужна более мощная акустическая система?»

«Более мощная акустическая система? — повторяет она. — Хорошо... Но где нам ее взять?»

Внезапно стены сотрясает ритмичный бас. Небольшой кусочек декоративной штукатурки отламывается и падает на деревянный пол.

«Да, было бы неплохо, если бы власти выделили денег на ремонт этого здания...» — бормочет лейтенант, изучая поврежденный орнамент.

«Было бы еще лучше, если бы этих дискотечников прикрыли за нарушение порядка в округе».

«Да, но эти „дискотечники“ могут нам помочь с динамиками...»

«Вы имеете в виду этих спидпанков?» Она закрывает глаза, в то время как в священную тишину церкви врывается очередной поток танцевальной музыки.

«Спидпанки, конечно же... У них же просто сногсшибательная акустика. Думаете, они согласятся помочь?»

«Конечно! Если вы согласитесь пустить их сюда, чтобы они построили свою нарколабораторию».

«Простите, но нет. Я не могу согласиться на такое».

Она на мгновение умолкает и смотрит тебе в глаза.

Это плохо. Это очень плохо.

«Правда, большую часть времени я целиком поглощена работой за радиокомпьютером, — произносит она, а затем добавляет: — И в церкви еще остались уголки, которые я не успела исследовать, так что...»

Она имеет в виду, что готова закрыть на них глаза, если это будет необходимо.

«Отлично! Тогда я пойду поговорю с ними».

«Да, конечно. Расскажите потом, как все прошло». Она немного медлит, а потом добавляет: «Спасибо».

«Захотят, если вы позволите им тоже обосноваться в церкви».

«Полагаю, я смогу пережить неделю-другую в одном помещении с ними».

Невероятное мастерство переговоров! Как, впрочем, и всегда!

«У ваших соседей, разумеется».

Что это значит?

По-прежнему ничего. В этот раз Соона на тебя даже не смотрит.

Ты слышишь лишь собственное дыхание — тяжелое и хриплое после всех ночей возлияний... Дыхание старика.

Но есть и что-то еще...

Должно быть. Что-то большое, неожиданное... что-то новое, что еще предстоит найти.

Призраки, отзовитесь!

Когда в последний раз этот мир сообщал тебе что-то новое?

«Ну что? — спрашивает Соона, как только ты снимаешь наушники. — Услышали что-нибудь?»

«Нет, ничего. Сплошная тишина».

«Ясно...» — в ее голосе слышны горькие ноты разочарования.