Разговор · Гэри, криптофашист

Ты недооцениваешь промышленный шпионаж, Гэри.

«Погоди, а мы вообще о каких технологиях говорим?»

«Бросьте, все же знают, — он трет затылок и опускает глаза. — У них там такое, большинство и вообразить это не может...»

Он понял вдруг, что сам вообразить не может. Пример нейдет на ум.

«Охренеть».

«Если вы охреневаете сейчас, то вам совсем снесет крышу, когда узнаете, как им удалось так от нас оторваться...»

«И как же?»

«Разве не очевидно? Кто-то передает им понемногу информацию о технологиях — оттуда, куда никому не добраться...»

«Из Серости?»

«Нет, с чего бы им... из будущего! Нынешним солийцам помогают солийцы из будущего. И каждое маленькое подспорье, которое они получают, имеет огромные последствия для всей истории... »

«И возникает петля, понимаете? Чем более продвинутые технологии они сюда присылают, тем более продвинутыми становятся в будущем, что позволяет провозить в прошлое еще более продвинутые технологии... Думаю, вы поняли мою мысль».

Ну, эта самозамкнутая логическая цепочка — и правда петля.

«Погоди, а как они изначально запустили эту петлю?»

«А это и в самом деле парадокс!» — улыбается он всеведущей улыбкой с таким видом, будто эта фраза всё объясняет.

Высказывание, на первый взгляд противоречащее здравому смыслу, но в то же время истинное. Или нет.

«Тогда мы уже проиграли». (Взглянуть на свой сжатый кулак.)

«Не знаю... Полагаю, у Ревашоля Будущего есть еще пара тузов в рукаве. Люди, понимаете ли, начинают замечать правду».

«О да, замечать и правда стали, Гэри. Наверняка и бригаду уже выслали». Ручка в руке лейтенанта скользит по грубой бумаге блокнота.

«Не в настоящее, конечно, а к Гэри из прошлого. Они ведь предпочитают решать проблемы до того, как те вышли из-под контроля. Задумайтесь об этом».

«Ха-ха-ха... — отрывисто и нервно смеется он. — Ну, я же просто повторяю то, что слышал в „Охоте на правду“ и читал в „Парадоксе Б“. Я лишь посыльный, да и то не вполне!»

«Да и вообще, ничто из этого не поможет управлять временем лично вам. Так что давайте просто забудем?»

М-м-м... самый сладкий запах в мире — страх.

Лейтенант морщится и трет лоб, будто испытал внезапный приступ мигрени.

Господи, надеюсь, это был сарказм. Иначе он вряд ли сможет продолжить работу детективом.

«Увы, боюсь, это всё еще не поможет управлять временем лично вам. — Он пожимает плечами. — Мне жаль».

«Хотя, боюсь, это всё еще не поможет управлять временем лично вам. Может, рассмотреть отсечение пальцев?»

«Хотя, боюсь, это всё еще не поможет управлять временем лично вам. Может, рассмотреть семпер-маа?»

«Однако же если вам хочется самому управлять временем, лучше рассмотреть семпер-маа или отсечение пальцев».

«Да, это единственное правдоподобное объяснение».

«Ну так, — уверенно кивает он. — Правду не скроешь, люди начинают ее замечать».

«Гэри, это безумие. Ты чокнутый, у тебя с головой не в порядке».

«Ну слушайте, — разводит он руками. — Слышать правду неприятно, но я не собираюсь давать вам ложное чувство безопасности. Реальность — такова. Люди начинают постепенно это замечать».

«Я потерял нить беседы на парадоксе».

«Я потерял нить беседы на петле».

«Из будущего?»

«Именно. — Он придвигается к тебе. — Нынешним солийцам помогают солийцы из будущего. И каждое маленькое подспорье, которое они получают, имеет огромные последствия для всей истории...»

«Из тайного неотпирающегося бункера возле Края земли?!»

«Из того ископаемого?.. Нет, из будущего. Нынешним солийцам помогают солийцы из будущего. И каждое маленькое подспорье, которое они получают, имеет огромные последствия для всей истории...»

«Из-за синей двери в „Танцах“?!»

«Синей?.. Нет, из будущего. Нынешним солийцам помогают солийцы из будущего. И каждое маленькое подспорье, которое они получают, имеет огромные последствия для всей истории... »

«Приведи пару примеров, Гэри».

«Ну, знаете... это... — Он громко выдыхает и трет шею. — Стелс-аэростаты, блаазма-оружие, всякие сверхсекретные объекты...»

Нет никакого блаазма-оружия. Блаазмы не существует.

«Но это еще что. Посмотрю я на вас, когда вы узнаете, как им удалось так от нас оторваться...»

«Ты прав, я вообще не соображаю, о чем ты».

«Поверьте, они существуют. Технологии столь продвинутые, что их даже не описать...» Он отводит взгляд.

Потому что он только сейчас понял, что понятия не имеет, о чем говорит.

«И в чем же их секрет?»

«В бездне? — Он пристально смотрит на тебя и скрещивает руки. — Сомневаюсь. Боюсь, есть куда более нехорошее объяснение...»

Каннибализм?

«Разработав сугубо функциональную эстетику, не связанную с традиционными представлениями о красоте?»

«Знаете, не думаю, — мотает головой он. — Не сомневаюсь, там много прекрасного, искусство, вдохновение, такое, но залог их победы не в этом...»

«Оставьте это пиролидонщикам, — отмахивается он. — Причина не может быть в этом!»

«Уверен, у них всё хорошо работает благодаря сильному централизованному государству».

«Конечно, как по часам, не сомневаюсь. Но достаточно ли этого для столь астрономического отрыва*? Не думаю...»

«Очнитесь, офицер, — щелкает он пальцами у тебя перед лицом. — Быть того не может, чтоб они побеждали в гонке благодаря этому!»

«Они перенаправили значительный процент бюджета страны на науку?»

«Разумеется! — энергично кивает он, кидая быстрый взгляд на лейтенанта. — Конечно, это важно, но одно только это? Не верю...»

Он испускает неприятный наигранный смешок. «Я вас умоляю, вы сами знаете, что дело не в этом. Уж точно!»

«Слившись в едином порыве солидарности, где каждый выполняет свою часть работы, так что общая машина едет?»