Разговор · Розмари

«Ну так шо, друг? Берешь спирт или как?»

«Будто в нос пытаются злобного ежа запихнуть, да, парняга? Дождись адреналинового цунами. Ваще чума!»

Он преувеличивает. Эффект есть, но небольшой.

«Так. И каким образом?»

«Эти идиоты оставили меня там одного. А я раньше в школе был учителем биологии. Я знаю, в чем доктора дохлятину всякую держат...» Его глаза загораются.

«Как им не стыдно брать деньги за свои услуги!»

«Отличный совет, я это запомню».

«Ну, на самом деле, нет, — хрипит он. — Меня через недельку почки эти гребаные чуть в могилу не свели. В конце концов меня благоверная в частную больничку повела. Не в бесплатную, а в настоящую...»

«Знаешь что?! Мне вообще не нужен больше спирт!»

Кивнуть. Пусть говорит.

«Честно говоря, даже смешно...» Он начинает хохотать, а потом делает три глотка из своей бутылки с пивом и пристально таращится на тебя.

«Мне только спирт, без историй, спасибо».

«Ясно... ясно, — его тон становится значительно холоднее. — Как я и сказал, это обойдется в 300 реалов».

«Амфетамины?»

«Да, под амфетаминами я подразумеваю спиды».

«Я думал, что под спидами ты подразумеваешь амфетамины».

«Точняк. Я так и сказал».

«Ага. Ясно».

«Хорошо, хорошо». Он отпивает из пивной бутылки. «И шо я могу те предложить?»

«Кажется, ты пропустил мимо ушей, что я офицер полиции».

«Вовсе нет, парняга». Он постукивает себя пальцем по носу. «Поэтому я и сказал „амфетамины“. То есть спиды. То есть амфетамины. У меня есть и то, и другое».

В то время как grand bourgeois в Ла Дельта настолько разбогатели, что стали в прямом смысле выше закона, эта славная компания пала так низко, что тоже стала практически неприкасаемой. Поэзия крайностей.

Мне пора. [Уйти.]

«В цивилизованном мире принято давать чаевые хозяину лавочки, друг. Буду рад видеть снова». Он машет тебе на прощание.

«Продай мне спидов за 15 монет».

«Вот, держи, друг». Он протягивает тебе маленькую бутылочку с соломинкой. Порошок слипся комками и зарос плесенью.

«Это негигиенично. И опасно. И не заставит меня проникнуться к вам симпатией. Просто хотел прояснить».

«Пф... Негигиенично. Очень даже гигиенично. Еще что-нибудь?»

«Ничего себе предприятие ты организовал».

«О... — Его глаза горделиво поблескивают. — Система отлично поработала на старика Розмари, и я деру ее как старую козу в сарае».

«Ты о чем?»

«Видишь ли, друг. — Он поднимает указательный палец. — Человек сам творит свою судьбу. И я неплохо так сотворил. Заполучил три бутылки liqueur exquise, две продал местным ребяткам, и немедленно вложил прибыль в дело».

«Купил курева, купил пива и даже немного спидов. И посмотри на меня... Все у меня на крючке». Он разводит руками и улыбается кривой беззубой улыбкой.

Крючок? Где? Я не вижу.

«Достойное предприятие». (Указать на прилавок). «Одобряю».

«Угу, на крючок — и в сачок, да? Хочешь чего-нибудь купить? Не стой столбом».

«Я уже на крючке у Куно... Кажется».

«Вы серьезно?» Лейтенант прикрывает глаза и зажимает пальцами переносицу. «Уверены?»

«Извини, Ким. Я просто хотел посмотреть, что случится, если я это скажу».

«Ладно», — вздыхает он.

Новоявленный предприниматель уже забыл о тебе. Теперь он пытается пересчитать небольшую горстку монет у себя в руке.

Он держит реал и пятьдесят сентимов.

... а лейтенант бесится.

«Он говорил что-то в этом роде».

«Хорошо, хорошо, хорошо, — повторяет он, энергично кивая. — Так берешь эту хрень или как?»

«А у тебя есть разрешение на всю эту херню?»

«Разрешение?» Он тебя почти не слушает. «Да всем насрать на это. Хочешь что-то купить? Не подмажешь, не поедешь, парняга».

«Похоже, ты тоже на этом крючке».

«Ну да, ну да, ну да...» Пьяница поднимает бутылку пильзнера и кивает. «Куда денешься. Такая судьба. Люди, парняга, они такие».

Он давно позабыл, о чем ты говоришь.

«Вот деньги за спирт».

«О-хо-хо!» Он передает тебе бутылку. «В этот раз я сорвал большой куш... Смотри, От-роду-так, смотри!»

«Чего?» Чувак в грязном спортивном костюме поворачивает голову. «Большой куш?»

«Этот чел только что заплатил мне 300 реалов за бутылку спирта! Розмари теперь в высшей лиге!»

«Концептуальный бизнес-проект, — кивает он. — Четкое видение, безупречное исполнение».

Братан, я так горжусь тобой. А теперь не вздумай его пить. Этот спирт не подходит для банального орального употребления.

Галстук дело говорит. Зальем его в зад!

Да, хорошо. Зальем его в зад!

Кто вообще говорил об этом? Нет, мы поместим его в куда более важное место. Такое важное, особенное. Давай отойдем в сторонку, только ты и я, перекинемся словечком.

Уже скоро. Время скоро настанет. Терпение, мой храбрый друг.