Разговор · Лильенн, рыбачка

«Надеюсь, вас это взбодрило, детектив, — говорит он, провожая ее взглядом. — Давайте с новыми силами вернемся к расследованию».

(Воззриться на солнце.) «Да, мощная термоядерная реакция, которой уже пять миллиардов лет... Воистину солнце — это божество».

«А-ха, — кивает она. — Притом милостивое. Когда за тебя в последний раз был кто-то подобный?»

«Ни за что».

«Что ж... Теперь за тобой присматривает эта громада, так что... Черт с ними, с жестокими богами, — улыбается она. — Понимаешь...»

«Когда моя любовь была со мной».

«Что ж... Теперь за тобой присматривает эта громада, так что... Черт с ней, с любовью, — улыбается она. — Понимаешь...»

«Может, лет в двадцать?»

«Что ж... Теперь за тобой присматривает эта громада, так что... Черт с ней, с юностью, — улыбается она. — Понимаешь...»

«Оно и сейчас за меня. Ибо я благочестив».

«Что ж... Может, это бог сжигает атомы в этой громаде... — улыбается она. — Понимаешь...»

Сказать что? Что-то интересное? НЕВОЗМОЖНО.

«Иногда мне кажется, что мой мозг — полный отстой».

«А-ха. Мозги вообще не лучшая часть тела. Мне вот нравятся спины, руки, плечи... легкие тоже. — Она улыбается. — Понимаешь...»

Умоляю, это важно!

Она поворачивает голову, и пластиковые сережки-крючки постукивают в ушах. В голове не возникает никаких мыслей, которыми был бы смысл делиться.

Расслабься. Всё равно — хорошо.

«Ты очень красиво сказала про солнце. Жаль, что мне нечего добавить...»

«Спасибо. Там, на другой планете — в море, то бишь, — начинаешь видеть всё в необычном свете. Рада, что поделилась этим. — Она улыбается. — Понимаешь...»

«Ты бы хотела сейчас уйти в море порыбачить?»

«А-ха. Всегда хочу. Люблю рыбачить. Будто попадаешь на другую планету — водную. И беды на ней водные... и радости».

«У тебя необычный напевный голос».

«Спасибо. Я наполовину уби. Мать родом с Уби Сунт. Говорят, солнца там маловато, хотя я и не была, не знаю...»

«Так... Как думаешь, кто убил повешенного?»

«Вопрос с подвохом. Мой вариант — веревка».

Она решила, что это такая загадка. Ей даже знать об этом деле не стоит. Так будет лучше.

«Не хочешь побывать в Дельте?»

«Ха! Мне достаточно, что там бывает моя рыба. За треску по весне там 50 реалов просят...»

На террасе модного ресторанчика с бизнес-ланчами в центре Дельты — Les Fruits de Fond — подается закуска из устриц и слышится перезвон бокалов. Кто-то никак не выберет, что заказать. Кто-то советует севиче. Кто-то смотрит на другой берег бухты, приставив ладонь ко лбу козырьком...

«Этому есть объяснение. Политическое. Понимаешь...» (Пуститься в пылкие и пространные рассуждения о политике.)

«А-ха, вопрос и правда политический, — перебивает она. — Но не стоит влезать на трибуну. Вдруг мы разойдемся во мнениях?»

Вот видишь! Она не хочет расходиться во мнениях. Это хороший знак. Так держать.

«Просто оно не человек. Все люди — предатели».

«Разве? Может, некоторые, но... — Она пожимает плечами. — По-моему, тебе просто нужно лучше выбирать союзников».

Воистину. Оставь руины и преисподнюю — и ускользающий запах абрикосов.

«Должно же хоть что-то быть на нашей стороне».

Она кивает. «Пожалуй, не будь оно за нас, и нас самих бы тут не было...»

Вас бы испепелило. Или чего похуже.

Солнце — это не всегда хорошо. Подумай о тех, кто живет в пустынях со скудной растительностью и дефицитом питьевой воды.

«Знаешь, одна из моих прошлых инкарнаций звала себя Текила Сансет. Интересно, почему».

«Это известное в Ревашоле выражение, — прищуривается она. — Означает „спиться до смерти”».

«Я недавно труп обнаружил. Мужику полный Текила Сансет настал».

«А ты сам? Продолжаешь носить это имя?»

«Пожалуй, нынче меня устраивает имя Гаррье Дюбуа».

«Что ж, офицер Дюбуа...» Она кивает и поворачивается к залитому солнцем морю.

«Перед тобой — свежая модель меня. Ей понадобится новое имя».

«Не терпится его услышать». Она ухмыляется и поворачивается к залитому солнцем морю.

«Кого я обманываю? Как бы я себя ни звал, всё равно наверняка сопьюсь до смерти...»

«Ну что ж...» Она пожимает плечами и поворачивается к залитому солнцем морю.

Не впечатлилась. И не удивилась.

«Вероятно. Других у меня все равно нет».

«Меня зовут Гарри. Других имен мне не нужно».

«Что ж, Гарри...» Она улыбается и поворачивается к залитому солнцем морю.

«Предпочитаю использовать инициалы. Так загадочнее. Зови меня Г. Д. Б.!»

«Что ж, Г. Д. Б....» Она улыбается и поворачивается к залитому солнцем морю.

«О да! Текила Сансет форева!»

«В последнее время меня называют детектив Кусто».

«Хорошо, детектив Кусто». Она усмехается и поворачивается к залитому солнцем морю.

«Хм, —

«Воистину ой».