Разговор · Ким Кицураги

«Я пытаюсь обратить время вспять. Поможешь мне, майн брудер?»

«Вы опять?» Лейтенант, кажется, раздражен.

«Давай-ка проясним: нельзя сказать человеку „Отъебись“, а потом называть его братом. Не выйдет...»

Смотри-ка, несмотря на всю его враждебность, у него есть слабое место. Он жаждет одобрения...

Потешь его самолюбие, скорми ему пару виноградин, понравься ему.

И МОШОНКУ ЕМУ НЕ ЗАБУДЬ ПОЩЕКОТАТЬ!

Ладно, только вот это вслух не говори.

«И с чего это ты решил, что я знаю, как „обратить время вспять“?»

«Ты похож на человека, который понимает, что на самом деле к чему».

Одобрительное хмыканье. «Да, я стараюсь следить за актуальными источниками. Независимыми. Половине новостей верить нельзя...»

Он затягивается. «Я читал нужную литературу, я знаю, что говорят настоящие эксперты. Дни нашего величия остались позади, и мы к ним уже не вернемся».

«Так Головомер был прав... дни гаплогруппы В4 закончены».

«Нет, херня. Обратить время вспять нельзя, но это не значит, что мы должны просто сдаться дикарям...»

«Надо сохранять наследие — то, что принадлежит нам по праву рождения».

«А что насчет древней фашистской магии?»

Он печально мотает головой. «Поверь, брат, я исследовал вопрос. Фашистской магии попросту не существует».

«И что же мне делать?» (Продолжить.)

«Таков вопрос... не так ли? — затягивается он. — Все думают, людям вроде нас с тобой легко живется. А на деле нынче очень, сука, тяжело быть обычным».

Он это серьезно?

Урчание в животе подсказывает тебе, что с ним что-то не так...

«Знаешь, на меня всё время косятся. И я знаю, на что косятся — на пузо. Вижу. Охуеть теперь, ну поднабрал немного человек, какая разница?»

Тревога! Обнаружен серьезный случай дисморфофобии!

А он распалился. Опасные уровни зажатых эмоций.

Он растирает окурок по мостовой и быстро закуривает следующую.

«Кстати, на самом деле анальные акробаты расслабляют сфинктер, выполняя дыхательные упражнения на диафрагме...»

«Чего? Я знать ничего не хочу о твоих жопных утехах! Я тебе пытаюсь объяснить, каково нынче рабочему человеку, а ты мне про сфинктеры».

Эй, ты просто пытался его просветить!

«Хватит! Спрошу об обращении времени вспять кого-нибудь другого».

«Э... — он не ожидал такой резкой смены отношения. — Я, ну... э... Ой, да и нахуй, всё равно тупой вопрос».

Этот болван — полнейшая трата времени. В нём нет задатков рыцаря, лишь ненависть к себе и завышенные требования. Продолжим поиски.

«Так чего, ты пошел?» Он прочищает горло, изо всех сил изображая равнодушие.

«Знаешь, у тебя бы лучше ладилось с дамами, не будь ты таким обиженным».

«О, старая пластинка». Он сплевывает.

Ты не первый ему на это указываешь — и результат всегда один.

«Люди нынче смотрят только на обложку. Бабы, всем им подавай мужика типа этого твоего Кипта Киптянского». Он кивает в сторону ворот.

И опять же — он это что, серьезно?

«Им насрать, что ты хороший человек. Они ужасно поверхностны. Вот так». Он делает длинную затяжку.

«Прекрасно тебя понимаю. От этой херни надо максимально дистанцироваться».

«Да, — шипит он. — Именно что».

«Держись, дальнобойщик». (Похлопать его по плечу.) «Дальше будет лучше».

«Поверю, когда увижу, — стряхивает твою руку он. — И вообще, мне похер. Без разницы...»

Ему не похер. Совсем.

«Просто ты слабак, вот и остаешься в хвосте очереди брачных партнеров».

«Ой, да пошел ты. Мы должны быть а начале очереди. Мы, а не... ну, ты понимаешь...» Он кивает в сторону ворот.

(Покачать головой.) «Да кому нужны бабы?»

«Нашей расе. В том и суть. Не достанутся нам — достанутся киптам и гойко. Такова биологическая реальность».

О да, дальнобойщик. В самом деле, кому придет в голову судить книгу по обложке, м?

«Так чего... поможешь мне обратить время вспять или нет?»

«Время, угу... Слушай, а ты вообще догоняешь, какой нам хреновый выпал жребий? Насколько весь этот гнилой мир играет против людей вроде нас с тобой?» Он яростно затягивается.

Он вообще не слушает — вот-вот потонет в своих мыслях...

«Знаешь что? Попрошу помощи у кого-нибудь другого».

«Время, дальнобойщик. ТЫ УМЕЕШЬ ЕГО ОБРАЩАТЬ?!»

Дальнобойщик смотрит на тебя так, будто не может решить, разбить что-нибудь или разрыдаться. Повисает тяжелое, неприятное молчание.

«Нет, я не могу тебе помочь, — он прочищает горло. — И скажу, почему...»

«Да потому что смысла нет, понимаешь? Если только ты не веришь в древнюю фашистскую магию как болваны, мечтающие быть чародеями».

Вообще-то это называется «экстрафизика», и для того, чтобы ей заниматься, не нужно быть чародеем.

Лейтенант не произносит ни слова, но на лице его написано «я же говорил».

Этот болван — полнейшая трата времени. В нём нет задатков рыцаря, лишь ненависть к себе и завышенные требования. Продолжим поиски.

«Потому что ты мудак недоношенный».

Ну вот — к нему вернулись его очаровательные манеры.