«А, ты об этом... Ты все равно мне не поверишь. Поэтому и рассказывать смысла нет».

«Отличная стратегия, детектив, — произносит лейтенант, не спуская глаз с океана. — Если пытаться уладить мирно каждое правонарушение, можно с ума сойти. Судьба сама обо всем позаботится».

«Мы никому не доставим проблем. Я буду держать их в рамках, обещаю».

«Делайте со своим клубом что хотите... Только, пожалуйста, никаких нарколабораторий».

«Спасибо, — кивает девушка. — Я буду держать их в рамках, обещаю».

«Я приму решение, когда разберусь в ситуации с церковью».

«А, точно. Это мудро, — кивает она. — Не торопись».

Попытаться соврать лейтенанту в лицо.

Слова из ваших уст так искренно звучат.

«Я называю это профилактикой преступлений. Нужно говорить искренне и по делу. Если ты на это способен».

«Что ж, вы выбрали неплохую линию поведения, — произносит лейтенант, не отрывая глаз от океана. «Хотя, конечно, лучше избегать подобного. Если пытаться уладить мирно каждое правонарушение, можно с ума сойти».

Ложь ваша слишком очевидна.

«Я называю это профилактикой преступлений. Нужно говорить искренне и по делу. Если ты на это способен».

Лейтенант окидывает тебя подозрительным взглядом.

«Спасибо». Девушка радостно улыбается. «Я буду держать их в рамках, обещаю».

«Я понимаю, что вы не все мне рассказываете, детектив, — тихонько произносит он. — Но вы не первый продажный коп в РГМ».

«Тебе следовало лучше стараться. Сбивать копов со следа — это не шуточки».

«Понимаю. Я должна была их проконтролировать. В будущем я так и сделаю. Обещаю».

«Мне плевать. Я все равно того. Просто хотел, чтобы ты знала, что я знаю о плане».

«Хорошо. Но я все равно сожалею. Я должна была их проконтролировать. В будущем я так и сделаю. Обещаю».

«Компанию не выбирают, она выбирает тебя. Они идиоты, но они мои идиоты. Я пыталась отговорить Андре...»

«Мы хотим переделать ее во что-то типа клуба анодной танцевальной музыки. В новом стиле, вроде того, что создают на синтезаторах в Пализее».

«Только вот... да». Она смотрит на деревянную церковь на стропилах. Налетает порыв ветра и шестиэтажное здание жалобно скрипит.

Половицы коробятся, а устремленные к потолку балки медленно покрываются трещинами, как старые кости. Вдали от золотой Дельты, за грузовым портом на льду неосвещенного побережья стоят микроскопические фигурки...

Никогда здесь не будет клуба с анодной музыкой.

Даже через миллион лет.

«Это ты повесила замок на церковные двери?»

«Это Ноик повесил замок. Чтобы всякие психи и чудики не лезли. Наверное, тебе лучше поговорить об этом с ним».

«Нет».

«Нет?»

«Нет, я не вешала».

Она не вешала — нет. Но это не значит, что она не знает, кто это сделал.

(Показать ей наклейку на журнале.) «Значит, это не твое?»

«Да, это я и хотела сказать. Это сделал Ноик. Ноик повесил замок на дверь».

«Погоди, а этот Ноик — твой друг?»

«Да, думаю, можно и так сказать».

«Зачем этот Ноик, или как там его, повесил замок на церковную дверь?»

«Чтобы туда больше никакие чудики не лезли. Сраный Мартинез... Извините». Она крепко сжимает зубы. «Здесь самый ебанутый народ. Если подвернется повод, спросите у Андре, он вам порасскажет».

Стоит ли? Ебанутый народ — это что-то не слишком приятное.

(Показать ей наклейку в журнале.) «Значит, это не твое?»

«Ладно. По поводу церкви...»

«Что ты хочешь знать?»

«Ладно, если не ты, то кто?»

«Что такое анодная танцевальная музыка?»

«Ну анодная, катодная — музыка, создаваемая электронными инструментами».

«Понятно. По поводу церкви...»

«Какими еще электронными инструментами?»

«Это пульты, микрокомпьютеры. Все, что использует электричество и при этом не является гитарой... Они и найденные на стороне звуки используют. Все в этом роде».

(Отказаться праздновать свой триумф.) «Итак, по поводу церкви...»

«Ага! Садовница ошибалась. Я не просто какой-то там пережиток эпохи диско. Я попаду в будущее».

«Да, конечно». Кажется, она не слишком в этом уверена.

Ты видишь четкие, прекрасные, неистовые вспышки света, прорезающего наполненную дымом темноту. Если будущее когда-нибудь настанет, оно будет выглядеть именно так.

Это следующая ступень развития инструментов с усилителями, которые, в свою очередь, произошли от акустических инструментов. Что будет после, интересно знать? Черное ничто или что-то более изысканное?

«Значит, вы хотите превратить церковь в клуб?»

«Понимаю, как это звучит». Она кивает на деревянную развалюху на берегу. «Это не моя идея. Это место нашли Андре с парнями. Предполагалось, что оно заброшено, но теперь они даже занять его не могут...»

«Эй, помнишь, как я сказала, что мне не нужна твоя помощь?»

«Да. Почему ты спрашиваешь?»

«Хм, что ж...» Она нерешительно замолкает. «Может, ты поговоришь с Андре и парнями? Потому что в этой церкви творится что-то странное... Раз ты из полиции, значит должен проверить, правильно?»

«Я уже поговорил с ними и согласился помочь».

«Ого! Спасибо, это... очень круто». Она откашливается. «Хочешь спросить о чем-то еще?»

«Я поговорю с ними».