Ты останавливаешься, сухая трава под твоими ногами издает слабый хруст. Вдалеке птицы…

Ты останавливаешься, сухая трава под твоими ногами издает слабый хруст. Вдалеке птицы скользят над водой, касаясь крыльями гладкой поверхности моря.

[Перестать прислушиваться.]

Что это за шорох?

Стайка перепелок срывается с места. Они всё дальше и дальше. Сто метров... сто два... сто пять...

Под этим шорохом...

На острове? Ветра почти нет, только капли дождя тихонько падают на тростник. Стебли у берега слегка колышутся, соприкасаясь длинными сухими листьями. Тихие капли дождя...

Будто бесшумный оркестр настраивается перед исполнением какого-то шедевра.

Который очень многое значит для немногочисленных слушателей.

На востоке...

Далекий, словно сегодняшний сон, рев города. Ближе — шепот песка. Волна поднимает песчинки. Птица чистит перышки.

Капли дождя на удивление тихо ложатся на воду, оставляя круги на поверхности...

Снежинки падают в воду, тая без единого вздоха.

Впереди...

Низкий гул. Воздух медленно движется сквозь бетонную коробку, сквозь древние трещины и сколы. Большое пустое здание гудит.

А за этой тишиной?

Кол-до-ма-ма-даква.

Мы теперь далеко... Далеко на западе.

Нет, у тебя просто разыгралось воображение. Ты не в состоянии такое расслышать.

Дрожь. Еще не родившийся звук, которому не терпится ворваться в этот мир.

Ты слышишь, как дергается чья-то лапка, издавая почти неразличимое щелканье...

А дальше... еще на север...

Воздух выходит через узенькое окошко. Там почти ничего нет. Ветер ласкает цветы на лугу? Полная тишина. Тростник неподвижен. Камыши неподвижны.

Снег падает, укрывая потухший костер. Ш-ш-ш...

Капли дождя разбиваются о почерневшее полено в потухшем костре.

«Ким...»

«Да?»

В одно мгновение все звуки исчезают. Резкая боль в правой ноге отдается в паху.

«Ты заметил, как здесь тихо?»

«Заметил. Поэтому мы остановились?»

«Извини. Пойдем». [Уйти.]

«М-м. Погоди. Мне нужно еще кое-что послушать».

Лейтенант молча кивает.

«На этом острове пиздец как тихо».

«Так мы... поэтому мы остановились?»

«На этом острове очень тихо».

Менее достойный человек в такой ситуации остановился бы и подумал о пульсирующей боли в правой ноге, которая отдается в паху. Но ты не таков. Ты думаешь о том, что...

«Мне немного... больно. Может, повязка съехала?»

«Это возможно. Поэтому мы остановились?»

«Нет. Я просто слушал».

На западе...

Морской ветер с тихим свистом проходит меж сосновых иголок.

«Куно...»

«Чего?»

В одно мгновение все звуки исчезают. Резкая боль в правой ноге отдается в паху.

«Мне немного... больно. Может, повязка съехала?»

Мальчишка прищуривается. «Мы поэтому стали столбом? Чтобы ты мог поныть про свою повязку?»

«Нет. Я просто слушал».

Мальчишка пожимает плечами. Громко шмыгает носом. И молчит.

«Извини. Пойдем». [Уйти.]

«На этом острове очень тихо».

Он пожимает плечами. «Просто этот остров жуткий. Так и бывает на жутких островах. Тишина и всякое дерьмо».

«М-м. Погоди. Мне нужно еще кое-что послушать».

«На этом острове пиздец как тихо».

«Да, жутко, пиздец. Это точно».

«Ты заметил, как здесь тихо?»

«Ага. Просто этот остров жуткий. Так и бывает на жутких островах. Тишина и всякое дерьмо».

Менее достойный человек в такой ситуации остановился бы и подумал о пульсирующей боли в правой ноге, которая отдается в паху. Но ты не таков. Ты думаешь о том, что...

[Открыть глаза и перестать прислушиваться.]

Ветер задерживает дыхание.

На острове? Ветра почти нет, только снежинки тихонько падают на тростник. Стебли у берега слегка колышутся, соприкасаясь длинными сухими листьями.