Вход на склад преграждает старая, видавшая виды дверь, которую уже давным-давно не…

Вход на склад преграждает старая, видавшая виды дверь, которую уже давным-давно не открывали. Видна ручка.

«А отсюда могли стрелять?»

«Отсюда — по „Танцам“? Едва ли... — Он смотрит на юго-восток, дышит на пальцы. — Церковь мешает».

Открыть дверь.

Безуспешно. Ничего не вышло. Это невозможно. Дверь не открывается. Она не просто заперта, а наглухо заблокирована.

«Проехали, дверь». [Уйти.]

Да, так лучше. Сложно даже вообразить, в какую кроличью нору ты можешь угодить.

Хм... Интересно, что внутри. Как бы туда попасть?

Лейтенант пожимает плечами. «Никак».

«Да мы даже в контейнер со светоискривляющим типом попали, а сюда не сможем?»

«Боюсь, вам придется смириться с тем, что не все двери мира для вас открыты».

Нет-нет, до сих пор нам удавалось открыть каждую дверь. Мы же копы, в этом наша суть, наша фишка — открывать двери. Даже Эврар знал, что это неотъемлемая часть нашей деятельности.

«Я это так не оставлю. Эта дверь может иметь отношение к делу».

«Расслабьтесь. Там никого нет. Раз мы не можем ее открыть, то и никто не может. А значит, не может попасть внутрь». Он смотрит на дверь с печальной улыбкой.

Ты, по крайней мере, можешь подумать о том, как ее открыть. И о дверях в целом. В конце концов, двери — фундаментальная часть твоей жизни. Может, надумаешь что-то толковое?

«Но ведь в этом моя суть. Наша суть».

«Да, понимаю. Мне тоже очень нравится открывать двери. Но эту безнадежно заклинило, и мы не располагаем силами и средствами, чтобы ее открыть».

«Ничего, переживу». (Смириться.)

«Что еще остается? От того, что мы не смиримся, пожарные ее вскрывать не приедут...» Он смотрит на дверь с грустной улыбкой.

Расслабьтесь, думает он. Там никого нет. Раз мы не может ее открыть, то никто не может.

Нет-нет, до сих пор нам удавалось попадать абсолютно всюду. Мы же этим и занимаемся — открываем двери и заходим. Мы копы, в этом наша фишка.

«Как это? Мы ведь... типа... всюду ходим».

Никак. Эту дверь нельзя открыть...

ВООБЩЕ

Ты, по крайней мере, можешь подумать о том, как ее открыть. И о дверях в целом. В конце концов, двери — фундаментальная часть твоей жизни. Может, надумаешь что-то толковое?

Ты слегка дергаешь за ручку, потом наваливаешься на дверь всем весом, — та и не шелохнется. Она не просто заперта, а наглухо заблокирована.

Отойти. [Уйти.]

Что это вообще такое?

«Сооружение времен войны... Какой-то склад снабжения».

«И что он снабжал?»

«Вероятно, то, чего сейчас уже нет». Постройка высится перед лейтенантом сгорбленной бетонной жабой.

Может, он снабжал боевой аэростат в воздухе? Или какое-нибудь укрепление — вроде морской крепости в заливе.

На вид эта бетонная конструкция напоминает что-то военное. Ей не меньше пятидесяти лет, но возведена на совесть.

Может, он снабжал боевой аэростат в воздухе? Или какое-нибудь укрепление — вроде морской крепости в заливе.