«Привет, зайка. Как дела?» Голос у нее усталый.

«...другие привиденьевые имитируют веточки и листики, а этот — живой тростник. Прячется в зарослях у нас на островалийском побережье».

«Потому его так и называют: островалийский фазмид. Может, вы откроете его вместе с нами, детектив?» Она смотрит тебе в глаза и вдумчиво кивает.

Когда она произносит название существа, в ее голосе звенит нота восторга.

«Так и знал, — вздыхает лейтенант. — Будем ловить вымышленных насекомых с криптозоологами».

«Оно не вымышленное, детектив, уверяю вас».

Она упирается — но упирается уверенно. И сидит в кресле чуть прямее.

«Просто оно такое редкое, что традиционные зоологи сомневаются в его существовании».

«Он ценный?»

«Ох, сомневаюсь. В криптозоологию не идут за деньгами, зайка».

«Так... он опасный?»

Она хмыкает. «Вовсе нет. Иначе зачем бы ему так прятаться?»

«У него есть крутые способности?»

«Да! Он может почти идеально сливаться с тростником. — При мысли об этом она сияет. — Так он все эти годы и прячется. Даже века».

И ничего в этом особенного. Конечно, он сливается с фоном — большинство насекомых это умеют. Тут и палочником быть не надо...

«Почему вы думаете, что фазмид где-то тут?»

«Ну, как-то раз его видели подростки, обжимавшиеся в тростнике. Конечно, они сами не поняли, на что наткнулись, но об этом напечатали заметку в местной газете. О встрече с насекомым-фантомом, похожим на тростник. Гэри присылал вырезку».

Любопытно. Может, фазмид заставил их обжиматься?

«Может, фазмид заставил их обжиматься?»

Она смеется. «Сомневаюсь. Вряд ли подросткам нужно для этого какое-то особое влияние!»

«То есть все ваши доказательства — вырезка из газеты?»

«Да, конечно, большинство случаев, когда кто-то его видел, оказались ложными тревогами, — но при этом описания свидетелей идеально совпадали с описанием островалийского фазмида, а они ведь даже не знали, что перед ними!»

Энтузиазм стер с ее лица тревогу. Глаза за очками сверкают.

«Вы очень рады этому криптиду».

«Пожалуй, у меня к островалийскому фазмиду личная привязанность... у каждого ученого находится свой любимчик».

«Ладно. Что тогда в этом палкозвере такого особенного?» (Продолжить.)

«Ох, золотко, боюсь, я плохо объясняю. Он очень особенный...» Женщина краснеет от смущения.

«Морелл куда лучше объясняет. Ах, слышал бы ты, как он его описывает... тогда бы сразу понял».

«Если честно, звучит подозрительно похоже на криптида. Вы же не какого-нибудь... жеромского гнома ищете?»

Попахивает псевдонаукой, думает он. Так себе запашок.

«Просто оно такое редкое, что традиционные зоологи сомневаются в его существовании».

«Традиционные... — Его подозрения подтвердились. — Так и думал».

Когда она произносит название существа, в ее голосе звенит нота восторга.

«Вы правы. Сейчас мне не до интересных фактов о насекомых. Давайте о другом».

«Конечно, солнышко».

Она чуть было не кинулась давать цветистое описание — но оборвала себя. Почему?

«Я бы очень хотел побольше узнать о криптидах».

«Знаете что... ну его к черту. Давайте еще криптидов».

«Конечно, офицеры, — вежливо улыбается она. — Вас двоих интересует какой-то конкретный криптид?»

«Конечно, золотко. Тебя интересует какой-то конкретный криптид?»

«Расскажите мне побольше про Морелла. Что он за человек и как выглядит, про ваши отношения...»

«Ох... Не знаю, где и начать...»

«Как вы познакомились?»

«Стыдно сказать — через агентство знакомств. Я восстановилась после несчастного случая и снова была в активном поиске, он недавно развелся...»

«Мы сразу друг другу приглянулись — ну и вот». Она мечтательно улыбается.

Она пропускает что-то важное... может, выяснишь позже.

«Как ваш муж выглядит?»

«Хм-м. Ну, вид у него желчноват, но глаза всегда светятся любопытством, как у мальчишки. Ладони загрубели от полевой работы, но он очень нежный...»

Не получится ходить по Ревашолю и щупать ладони взрослых мужчин. Если хочешь найти ее мужа, потребуется более конкретная информация.

Всегда сложно описывать человека, которого знаешь лучше всех на свете.

«Давайте попробуем еще раз. Если бы я хотел высмотреть его на улице, то что бы искал глазами?»

«О! Ну, он ниже вас, но коренастее. У него довольно длинные седые волосы — редко расчесанные, можно даже сказать, всклокоченные...»

Лейтенант достает блокнот и записывает описание со слов женщины.

«И вот еще что! При нем всегда полевое снаряжение — даже когда он не в зарослях тростника. На всякий случай».

«Достаточно. Давайте сменим тему».

Лена краснеет. «Прости, зайка. У меня такое не очень выходит».

«Пожалуй, я узнал все, что хотел. Сменим тему». (Закончить разговор.)

«Надеюсь, смогла помочь».

«Вы давно женаты?»

«Этой осенью празднуем шестнадцатую годовщину. — Она мягко улыбается. — Число некруглое — но почему-то менее очевидные вехи мне даже милее...»

«Вы не говорили мне, что видели фазмида!»