Ловушка полна саранчи — мертвой и умирающей. В основном она уже не двигается. Но фазмида…

Ловушка полна саранчи — мертвой и умирающей. В основном она уже не двигается. Но фазмида все еще не видать.

«Даже как-то... жалко их становится».

Просто остановиться и постоять.

Тростник вокруг ловушки-могилки шелестит, будто его вдруг охватил страх.

Взгляд лейтенанта следует за твоим, задерживается на стеблях тростника, на песке, на воде. Затем снова выжидающе останавливается на тебе.

[Уйти.]

«Может, они все-таки хоть кого-то приманят?»

«Ага. Например, кошку или еще одного подростка-психопата».

Бедные саранчата...

Теперь приманка есть в каждой ловушке. Но фазмида всё равно не видать. Нужно вернуться к Мореллу и сообщить об этом.

[Уйти.]

Ловушка Морелла пуста, как и навесы для лодок неподалеку. Ветер ерошит твои пропотевшие волосы.

[Уйти.]

Запустить саранчу в пустую ловушку.

Саранчата начинают потихоньку приходить в себя после транспортировки.

Здесь им вряд ли представится шанс устроиться поудобнее.

«Итак, дело сделано. Не пора ли вернуться к катастрофе, которую мы называем расследованием убийства?»

«Не отвечайте, — прибавляет он. — Вопрос риторический».

Он этого не хочет, но если произойдет еще одно отклонение от курса ради криптозоологии, ему придется настоять на возвращении к делу. Хорошо бы этого не потребовалось...

Саранча выглядит не слишком бодро, но она еще внутри. Это не пустая ловушка. Пустая — одна из других.

[Уйти.]

Больше пока с ловушками ничего не поделать. Они разложены по округе, собирают пыль и дождевую воду.

Ты проверил все ловушки. Больше с ними ничего не поделать. Криптозоологи ждут отчета.

Эта ловушка нетронута. Надо проверить остальные.

Не сразу, но ты наконец замечаешь последнюю ловушку Морелла. Она частично спрятана в тростнике...

Оглядеться.

У тебя за спиной высятся развалины жилого дома. Защищенный от ветра, под ними перешептывается о чем-то тростник.

Когда этот район процветал, тростник так не разрастался. Свежевыкрашенные фасады ничего не загораживало, пьяницам и подросткам негде было прятаться. Теперь лишь ветер дует...

[Уйти.]

Взять ловушку.

Ты поднимаешь ловушку. Она совсем легкая — и не издает звуков. Не как другие...

Присмотреться.

Саранчи нет!

Фазмида тоже — но все-таки...

(Тут же заорать.) «Пусто!»

Порыв холодного ветра подхватывает твой голос, эхом разнося по побережью.

Присмотреться повнимательнее.

Лейтенант вместе с тобой рассматривает ловушку. «Что ж, кого-то приманка да привлекла. Однако не факт, что тростниковое чудище. Вы же его там не видите? Я вижу лишь пустую ловушку...»

Сетка выглядит менее аккуратно, чем на других ловушках. Будто кто-то поднял ее и потряс, а потом бросил обратно на землю.

«Такое чувство, будто с ловушкой уже кто-то нахимичил...»

Он кривит губы. «Может, нашим криптозоологам противостоит настоящий ученый-энтомолог? Или кто-то еще расстраивает их планы? Могу предложить и другие гипотезы, но тогда получится, что я занимаюсь расследованием этой истории, а я не занимаюсь».

«Но что, если это был фазмид? Вдруг он сожрал приманку и улизнул?»

«Ага. — Непохоже, что на самом деле он согласен. — Это уже, в любом случае, решать криптозоологам. — И уточняет: — А мы не криптозоологи, мы копы».

Пот с твоего лица испаряется под порывом холодного ветра. Ты смотришь на темный далекий силуэт здания «Фельд»; тебя к нему тянет. Какое странное чувство... Когда дело будет сделано, может, снова спросить у ветра?

«Ты прав. Идиотское какое-то крипторасследование».

«Что ж. Проявим учтивость и сообщим криптозоологам, что одна из их ловушек оказалась пуста. Но потом вернемся к своим делам».

«Вряд ли это был фазмид. Но все-таки надо сказать Мореллу».

«Да, мы же им вроде как обещали...» Похоже, он об этом жалеет.

«Ты прав. Но я все-таки должен сказать об этом криптозоологам».

«Хорошо. Но потом мы вернемся к своим делам. Мы уже досконально обследовали побережье, бесцельно по нему бегать больше нет смысла».

Ты ставишь пустую ловушку на землю, а тростник всё так же шуршит вокруг. Пора проконсультироваться со специалистами — Мореллом и Леной.

Ничего. Никаких следов ни саранчи, ни островалийского фазмида. Что произошло?

В этой ловушке тоже лишь саранча. Уж точно никаких криптозоологических тварей.

«И эта пустая... — выдыхает он. — Еще одна, и всё...» Он склоняется, переводит дух. Лицо его покраснело от холодного приморского воздуха.

«Обломно, что он не тут...»

«Я просто... — выдыхает он. — Рад, что ни в одну из них не угодил какой-нибудь кот».

Молча установить ловушку.

Лейтенант разминает спину.

«Я подчеркиваю, что и не ждал обнаружить в этой ловушке никаких криптозоологических тварей».

«Разумеется. Я вас услышал». Он с недоверием наблюдает, как ты ставишь ловушку обратно в тростник.