«Ладно... — Он обводит тебя скептическим взглядом. — Я уже постарался рассказать вам что…

«Ладно... — Он обводит тебя скептическим взглядом. — Я уже постарался рассказать вам что мог. Не знаю, что еще обсуждать с непрофессионалом...»

«Ваш друг Гэри рассказал мне про пылающего единорога».

«Да? — Он понижает голос. — Это мистификация. Какие-то серейские рисовые плантаторы подожгли носорожьи туши, чтобы напугать туристов».

«Я так и знал, что он ненастоящий». (Подвести итоги.)

«Да ну? — Он смотрит недоверчиво. — Подтвердить мистификацию почти так же сложно, как и настоящую встречу...» Кашель.

«Вы говорили об этом Гэри?»

«Не раз. И всегда это выливается в спор. Не хочу снова начинать. Ему особенно дорог этот носорог — пусть. Мифы — часть нашей сферы».

Это чутье. Он знает, что носорог реален, и в жопу так называемых специалистов.

«Видишь, Ким, один из них — мистификация».

«Который?» Он не следил за разговором.

«Пылающий носорог».

«Ага. Пылающий носорог — это им уже чересчур». Он не впечатлен.

«А что, если другие криптиды — тоже мистификации?»

«Многие и есть. Статистически около 20 % криптидов — доказанные мистификации. Раскрывать ложь, созданную специально чтобы обмануть общественность, — в той же мере мое призвание, что и искать новые виды».

Хотя, пожалуй, чуть менее приятно.

«А если вы ошибаетесь? Вдруг он реален?» (Подвести итоги.)

«Сомневаюсь. Когда мистификацию подтвердили, носорога перестали видеть... — Он кашляет. — Еще что-нибудь, или?..»

Не слыша вас, Гэри смотрит на сцену — благополучно убежденный в существовании пылающего носорога.

«Я много знаю о доброй зеленой обезьяне!»

«Полагаю, вам рассказала про нее Лена, — улыбается он. — Добрая зеленая обезьяна — один из ее любимых криптидов».

По нему проходит теплая волна. Конечно, ее любимый криптид — добрая зеленая обезьяна.

«Как-то раз мы отправились на ее поиски в Южный Сафр. Правда, попали с Гэри под ливневый шторм и большую часть времени провели в деревушке».

«Поиски были баснословно безуспешны — но люди оказались очень приятными. Слава богу, они не понимали, что говорил про них Гэри...»

Что бы он ни болтал, Гэри — хороший человек и верный друг, думает пожилой криптозоолог.

Их отношения важнее политических взглядов Гэри. Иначе бы они не продержались. А еще человек вроде Морелла знает кое-что о том, каково это — быть маргиналом, хоть у него и, гм, другая сфера.

«Просто эти люди на другой ступени цивилизационного развития».

«Ты жаловался, что они грязные».

«И я сознаю, что их гигиенические привычки всецело уместны для новорожденной культуры. Просто мне было неприятно. Лучше сменим тему».

Да. Вернемся к криптозоологии. Лучше не ссорить друзей.

«ЧТО? ЮЖНЫЙ САФР?! ОНИ ПРОСТО НА ДРУГОЙ СТУПЕНИ ЦИВИЛИЗАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ, МОРЕЛЛ! У МЕНЯ НЕ БЫЛО К НИМ ПРЕТЕНЗИЙ!»

«ДА? Ты всё жаловался, как там грязно. Но мы отвлеклись...»

«ОНИ НОВОРОЖДЕННАЯ КУЛЬТУРА. Мне просто было неприятно, и... Сменим тему, ладно? Обсудите лучше своих зверюшек...» — он что-то бормочет.

«Я знаю, какой криптид самый опасный: жеромский гном».

«Ранее он был самым опасным, да... Но знаете ли вы, какой самый опасный криптид из ныне живущих?»

Он старается создать ощущение, что в том, что ты о них знаешь, нет ничего особенного.

«Из ныне живущих? Нет».

«Самый опасный криптид — это хищное жвачное, известное в народе как страхолось».

«Да ладно! Гонишь!»

«Ничего я не гоню! — немедленно огрызается он. — Страхолось — это известный криптид из Арды, о коем есть много свидетельств. Питается он исключительно мясом, а иногда даже раскапывает свежие могилы в поисках пропитания».

«Погодите... а на людей он тоже нападает?»

«Есть информация о найденных в лесной чаще человеческих трупах, растерзанных и втоптанных в дерн крупными копытами. Выводы делайте сами».

«Ладно. Как выглядит страхолось?»

«Как самый обычный ардский лось».

«Тогда как отличить страхолося от обычного?»

«Никак! Потому-то он так и страшен... и его так трудно найти».

Лось, который выглядит как лось? Что? Он же шутит, да?

«Есть у меня сомнения по поводу этого страхолося...»

«Найденные в лесу тела — лишь одна материальная улика. Есть и другие...»

«Какие?»

«Нынешний всплеск популяции лосей. Страхолоси — тайные хищники. Они устраняют и собственных соперников, и конкурентов своих кузенов по эволюционному древу».

«А как соотносятся хищные лоси с обычными?»

«Хищные лоси — очень молодой вид, плод генетической мутации, которая хорошо показала себя в рамках естественного отбора».

«Неудивительно, что царем леса стало столь величественное животное, тем более что природа одарила его оружием — рогами. Удивительно, что это заняло так долго».

Он видит в страхолосе извращенную красоту — и справедливость.

«Но зачем ему скрывать свою хищную природу?»

«На лосей и так уже охотятся из спортивного интереса. Вы представляете, что началось бы, если бы в них увидели хищников?»

«Есть ли показания надежных свидетелей, видевших, как лось убивает других животных ради пропитания?» (Подвести итоги).

«Сотрудники одной бойни на опушке леса в Ваасе рассказывали, что постоянно видели в отдалении лося».

«Лось просто пялился на здание, будто чего-то ждал. Глаза его были налиты кровью, а взгляд жесток».

«Я не убежден».