Полицейское удостоверение с фотографией мужчины. Твоей фотографией. Сзади к нему прилипли…

Полицейское удостоверение с фотографией мужчины. Твоей фотографией. Сзади к нему прилипли водоросли.

«Имя: Гаррье Дюбуа...»

«„Гаррье“ — это полный вариант имени „Гарри“. То есть вы все-таки Гарри. — Он задумывается. — Эврар был частично прав. Вероятно, не многие знают ваше полное имя. Тот, кто сказал ему, что вас зовут Гарри Дюбуа, к ним не относился».

«Что ж. Значит Гаррье Дюбуа». (Принять.)

«Очень приятно с вами познакомиться, Гаррье Дюбуа».

Ты вертишь удостоверение в руках и оно блестит, отражая свет. На нем несколько строчек с информацией:

Он не станет звать тебя Гаррье. Он так и будет называть тебя «офицер», когда зол, и «детектив» в остальных случаях.

«Странно. Тут не упоминается Рафаэль Амброзиус Кусто».

«Ничего странного. Твое имя — Гаррье Дюбуа. Так написано на твоем полицейском удостоверении».

«Погоди, что это за имя такое „Гаррье“?»

«Это имя времен войны. Революционное. Так добрые матери называют своих сыновей в смутные времена. Нетлен, Боец или Булат».

Оно должно было защитить тебя.

... от пуль, голода, шрапнели, похищения и гораздо более плохих вещей.

«Но... я не хочу быть Гаррье Дюбуа» (Отказаться.)

«Почему? Отличное имя. Мне нравится». Лейтенант пожимает плечами. «Кроме того, вы все равно Гарри. Никого никогда не будут называть Гаррье».

Имя как броня.

«Гаррье Дюбуа... — Он осматривает тебя с головы до ног. — Вам подходит. Я буду коротко звать вас „Гарри“».

Ничего подобного. Он так и будет называть тебя «офицер», когда зол, и «детектив» в остальных случаях.

Согласно этому документу, Гаррье Дюбуа, или Гарри, — это действительно твое имя.

Это твое имя. Ты Гаррье Дюбуа. Гарри.

«Серия: РЕВ12-62-05-ДЖЕМ41...»

«Это просто серийный номер. Ревашоль, Джемрок, участок 41. И еще несколько цифр для красоты».

Эти цифры здесь не «для красоты». У них есть административное назначение. Которое, к сожалению, полностью стерлось у тебя из памяти.

Ревашоль, Джемрок, участок 41. Что значат цифры посредине, ты не помнишь.

«Звание: ЛТН-2ЕФР?».

«Лейтенант – дважды ефрейтор».

«Что значит „лейтенант – дважды ефрейтор“?».

«Лейтенант — это звание между сержантом и капитаном. Это самое высокое звание для тех, кто работает „в поле“. Я лейтенант».

«А дважды ефрейтор?».

«Приставка „ефрейтор“ добавляется к званию, если человек отклонил повышение. В вашем случае — до капитана, — объясняет лейтенант. — Вы отклонили его дважды. Поэтому вы — дважды ефрейтор».

«Отклонил?»

«Этому может быть множество причин. Иногда звание в деконтаже участка бывает занято. Или, возможно, человек не хочет заменять своего руководителя из уважения».

«А иногда офицер просто предпочитает продолжать заниматься работой, которая положена ему по званию. В вашем случае — званию лейтенанта».

Настоящая машина для перемалывания преступлений.

Вернуться к документу.

Такая маленькая, но такая ценная вещь. Кусок дорогой бумаги, застывший в пластике, как муха в янтаре. На нем написано:

«Я думал, мое звание алкаш».

«Да, по всей видимости, в прошлом у вас была довольно успешная карьера, и... — Он замолкает и внимательно смотрит на тебя. — Из этого я делаю вывод, что, возможно, ваша текущая ситуация — это временно».

«Спасибо. Это обнадеживает».

«Хорошо», — произносит лейтенант с мимолетной улыбкой.

«Я не хочу, чтобы мне стало лучше. Я хочу, чтобы мне стало хуже».

«Я... эм, даже не знаю, что на это ответить, лейтенант – дважды ефрейтор».

«Боюсь, бывших алкоголиков не бывает».

«И не из таких ситуаций можно выбраться и встать на ноги, лейтенант – дважды ефрейтор», — отвечает Ким с легкой ободряющей улыбкой.

«Я не предам выпивку — она дарит мне радость».

«Да, похоже, у вас с ней сложились особые отношения, лейтенант – дважды ефрейтор».

«Что такое „деконтаж“»?

«Деконтаж — это иерархическая система Ревашольской гражданской милиции. Означает обратный отсчет до двух».

Эта система основана на модели двойного руководства, которой пользовались левые во время Революции. Они, в свою очередь, позаимствовали ее из работ по экспериментальной психологии Университета Кёнигштайна прошлого века.

«Самое низшее звание — младший офицер. Обычно его носят подростки. Затем патрульные офицеры. Затем сержанты, лейтенанты и капитан. Вот и все, за исключением нескольких отклонений».

«Каких отклонений?»

«Таких как сателлит-офицеры и дополнительный „ефрейтор“ в звании, о чем я уже говорил».

Как ни крути, получается, что ты старше его по званию.

«Значит, ты терпел мое говенное поведение, потому что я старше по званию?»

«Я ничего не терпел, — отвечает лейтенант с мягкой улыбкой. — Вы рискнули жизнью, и у нас все получилось. Это важно».

«Важнее утопленной в море мотокареты. Есть и светлая сторона — вы нашли свое удостоверение».

«Нет, я терпел, потому что, несмотря на нестандартный подход, вы отлично выполняете свою работу».

«Это важнее, чем утопленная в море мотокарета». Он ободряюще улыбается. «И мы даже нашли ваше удостоверение».

Он доверяет тебе. Пока что. Не напортачь.

И все же. Он не полностью тебе доверяет.