Разговор · Клаасье (мисс Танцовщица Оранская)

Не убедил.

«Нет. Я вычислил, что вы что-то от меня скрываете, и внутри как лампочка загорелась. Инстинкт убийцы».

«Невероятно». Она затягивается и кивает.

На самом деле она не считает это таким уж невероятным.

«Нет. Разум постоянно подкидывает мне обрывки информации — всякие там интересные факты. По-моему, это очень детективно».

«Ага». Она затягивается.

«Это ваша утренняя сигарета — я это вычислил по отсутствию макияжа. И еще вы много зажигаете на тусах».

«Не больше вашего... — Она затягивается. — Простите за шпильку. Уверена, вы отличный профессионал».

«Проехали. Скорее всего, кто-то просто что-то напутал...»

«Простите за шпильку. — Она затягивается. — Уверена, вы отличный коп».

Ничего она не уверена! Укрепи свое положение — пофлиртуй с ней!

«Нет. В ходе этой беседы я мастерски подавил позыв блевануть. Это показатель профессионализма».

«Благодарю вас. — Она лениво улыбается. — От души».

«Нет. Когда вы сказали про повешенного, я уловил в вашем голосе ноту печали. Такое не каждый заметит».

«Но я не грущу». Она склоняет голову.

Звучит как шпилька, но, если честно, ты ее заслужил. Да и невежливо было бы ее отчитывать.

«Да, я полицейский, и еще какой! Зарубите себе на носу!»

«Хорошо. Зарублю».

Правда зарубила. Она не из тех, кто спорит с властью — даже если у ее представителя опухшая и потная морда.

«То-то же. Ладно, а откуда вы знаете, что я полицейский?»

«Сперва позвольте спросить: вы в порядке? — Она вдруг смотрит на тебя с искренним беспокойством. — Кажется, вас вот-вот стошнит... Вам что-нибудь нужно?»

Она права. Что-то рвется из тебя — через рот. Но ты это что-то удерживаешь, ведь ты — властелин своего тела, а не наоборот.

«Жить буду. Отвечай на вопрос».

«Вы здесь уже четвертый день. По полицейскому вопросу — с ваших же слов».

«По какому вопросу?»

«Ну... — На секунду тебе кажется, что сейчас нутро все-таки вывернется, но ты сдерживаешь позыв. — Вы здесь уже четвертый день. По полицейскому вопросу, представьте себе».

«Не волнуйтесь, я не блевану».

«Хорошо».

«Что я в состоянии сформулировать вот эту вот мысль — уже чудо. Но я выживу. А откуда вы знаете, что я полицейский?»

«Чувствую себя отвратно. Так откуда вы знаете, что я полицейский?»

Она права. Что-то рвется из тебя — через рот, прямо ей под ноги, вот тут... Ты невольно кладешь руку на живот и сглатываешь.

«Не напрягайтесь. Я просто примерялся к роли».

«Как скажете». Она выдыхает серебристый дым.

Ого-го! Что-то рвется из тебя — уж не рвота ли? Но ты ее удерживаешь, ведь ты — властелин своего тела, а не наоборот.

«Откуда вы знаете, что я полицейский?»

«Вы здесь уже четвертый день. По полицейскому вопросу — с ваших же слов».

«Да гоните!»

«Нет. Разве что это вы нам все это время гнали...» Она снова затягивается.

«А, погодите, понял! Я водитель?»

Девушка медленно качает головой.

Быть может, Начальник — это художественное высказывание. Тебе они не чужды.

«Ладно... я начальник какого-то отдела?»

«Нет... — Она смотрит тебе в глаза. — Просто вы полицейский».

«„Начальник“ — это мой псевдоним, так? Вполне вижу себя второсортным исполнителем диско по прозвищу Начальник».

Быть может, Начальник — это художественное высказывание. Первый шаг к официальной славе.

«А, да, кстати о начальнике...»

«Да?»

«Откуда вы знаете, что я полицейский?»

«Вы здесь четвертый день — если только сами нам не врали. По полицейскому вопросу — с ваших же слов».

«Начальник», — кивает тебе девушка, не выпуская изо рта сигарету.