Разговор · Восприятие

Для этого лейтенант обязательно должен быть рядом. Это поражение.

Лейтенант растирает бока, чтобы согреться. «Рано или поздно вы что-нибудь придумаете. По крайней мере, до тех пор он в надежном месте».

Тебе правда стоит подождать, пока труп как следует промерзнет. Искать что-то, копаясь в прогнившем месиве, почти безнадежно.

Ты ощупываешь холодное тело жертвы: ноги и руки, торс с раздутыми органами... может быть, надо подойти к осмотру более тщательно?

Снова заглянуть к нему в штаны.

Ты стягиваешь с тела штаны. Промежность покрыта мелкими прожилками, пенис сморщился и словно наполовину втянулся в пах. Тут нет ничего ни загадочного, ни хотя бы стоящего внимания.

Не трогать его.

«Ебаный мусор, небось, хочет снова его помацать...»

«В этом нет нужды. Мы уже осмотрели гениталии...» — лейтенант выглядит взволнованным.

«Вы думаете, мы что-то упустили?»

«Мы так и не нашли пулю».

«А она, если мы верим парням Харди, должна здесь где-то быть...»

«Но где?»

«Клаасье сказала, что пуля попала ему в рот. Попробуйте засунуть туда руку...»

Он нахмуривается, размышляя. «Попробуйте поместить руку ему в рот и нащупать пулю в голове».

Ты не можешь отделаться от чувства, что эта мертвая плоть хранит еще какие-то секреты.

«Мне чутье подсказывает, что этот труп раскрыл нам не все секреты».

«Ну что ж... видите, как посинела кожа? Это livor mortis, он разлагается. Если мы хотим снова обследовать тело, сперва надо его заморозить, и сделать это надо побыстрее».

«А он не может... просто поваляться тут еще немного?»

«Если вы хотите, чтобы наша задача постепенно стала невозможной, то может, конечно. В противном случае — нет. Он тут достаточно провалялся. Ему нужен холод».

Не говоря уже о том, какой ущерб репутации полиции наносит гниющий под открытым небом труп.

«Ясно. И где нам искать морозильник для тела?»

«Послушайте, — у него на лице появляется широкая улыбка, — а мы ведь видели под тем зданием саркофаг в виде огромного белого медведя». Он показывает в сторону торговой зоны.

Точно, был. Здоровенная такая штука, и глаза в темноте горят.

«Да, колоссальный холодильник, работающий, и действительно в виде белого медведя!»

«Именно. Что ж, еще не бывало такого, чтобы меня не устроил размер гигантского медведя-холодильника, но все же, наверное, надо сперва на него взглянуть. Убедиться, что внутри хватит места, прежде чем перетаскивать труп».

Он закрывает блокнот и разминает шею. «Идемте. С каждым часом снижаются наши шансы найти у покойного то, что мы ищем».

«Так вот для чего нужен холодильник в виде белого медведя!»

«Ну, тут вы, конечно, преувеличиваете. На самом деле он не предназначен для хранения трупов — по крайней мере, я на это надеюсь. Надо сперва на него взглянуть. Убедиться, что внутри хватит места, прежде чем перетаскивать труп».

«Хм... действительно, был».

«Что ж, детектив... Еще не бывало такого, чтобы меня не устроил размер гигантского медведя-холодильника, но все же, наверное, надо сперва на него взглянуть. Убедиться, что внутри хватит места, прежде чем перетаскивать труп».

«Это должно быть что-то промышленных размеров. Давайте для начала спросим в „Танцах в тряпье”, а потом в магазине „Фриттте” у ворот. Если же ни там, ни там ничего не найдется...» — голос лейтенанта стихает, и он смотрит на Куно.

«Хули ты пялишься, очкозавр? Нарываешься? Давно по жопе не получал?»

«Только в крайнем случае», — с нажимом повторяет он.

Хм-м... Похоже, Куно разбирается, что тут к чему. Знает Мартинез. И холодильники, наверное, тоже...

Или... помнишь кнопки на том домофоне, что на здании рядом с «Танцами»? У одной из них была табличка «Ревашоль Айс Сити». Может быть, это... подсказка?

«Сначала я хочу еще раз взглянуть на тело».

«Поторопитесь. Эту задачу нельзя откладывать. С каждым часом то, что мы ищем, найти будет все сложнее и сложнее».

Скоро улики ты будешь искать в месиве из гнили и костей.

«Тогда, наверное, надо поторопиться». [Уйти.]

«Да, — поднимается он, — эту задачу нельзя откладывать. С каждым часом то, что мы ищем, найти будет все сложнее и сложнее».

«Нет. Давай оставим это парням в лаборатории».

Он качает головой. «Я сам целый год работал таким парнем в лаборатории. Это мясники и клоуны. Как-то раз они всего за неделю поставили двадцать неправильных причин смерти. Шансов на то, что на вскрытии они найдут что-то полезное, почти никаких».

«Другими словами, мы с вами — последний рубеж, на котором можно что-то найти. Если вы не уверены, что мы проверили все возможное, давайте посмотрим еще раз. Но для этого мы должны заморозить труп».

«Да. Тут есть что-то, чего мы не видим».

Может, если снова его потрогать...

«Поверить не могу! Мусор снова ему дрочит...»

«П***р все на хуй не насмотрится...»

Сдаться.

Тебе кажется, что труп довольно зевает, обрадованный тем, что у тебя иссяк запал.

Посмотреть у него под ногтями, как это делал Ким.

Его ногти потемнели. Они довольно длинные и обломанные. Под ними грязь. Это всё.

Тело разлагается буквально у тебя на глазах. Тебе нужно отложить все остальные занятия и найти способ сохранить его, чтобы можно было спокойно провести все исследования.

А что насчет огромного холодильника-медведя в Проклятой торговой зоне?

Труп с раздутым нутром выглядит просто гигантским. Неужели холодильник-медведь действительно был таким громадным? Надо сходить измерить его, чтобы точно знать.

Тело разлагается буквально у тебя на глазах. Тебе нужно отложить все остальные занятия и найти способ сохранить его, чтобы можно было спокойно провести все исследования.

Лейтенант тем временем сидит у себя за столом, склонившись над кипой бумаг. Его помощь сейчас была бы неоценима.

«Ну хорошо», — Ким достает блестящий черный мешок для трупа и начинает натягивать пластик на голову мертвеца.

Вот и плакали эти чудесные эмалированные ботинки. Теперь у тебя никогда не будет полного комплекта. Да упокоятся они в лаборатории...

Ладно, в другой жизни.