Разговор · Эврар Клэр

«Люди выиграют, Гарри». Он серьезно кивает и повторяет: «Люди выиграют».

Он думает, что может силой встроить тебя в свои планы. Но если ты примешь предложение, то сможешь его переиграть.

Если тебя не воротит от идеи согласиться, то ты сможешь переиграть Эврара. А физически тебя не воротит.

Согласие взять контракты не тождественно согласию ему собственно помогать...

Забрав его документы, ты заберешь его силу.

«Что вы потребуете взамен?»

«Вы правы, что не доверяете мне. Я забочусь о себе. Я делец. Я пашу. Я денежный инженер».

«Отлично, Гарри! Просто отлично!» Он хлопает в ладоши. «Мой вариант левого движения вовсе не против компаний. Он за то, чтобы быть с компаниями заодно. Честно говоря, я хотел сделать вам деловое предложение. Левого толка, но все же...»

«Я не „сторонник левого движения“. Я патриот Ревашоля».

«Строго между нами, я тоже не в восторге от этих левых чудиков». Он мгновенно меняет направление. «Все дело во власти, и вот как нам ее заполучить — мне нужно, чтобы вы стали моим рыцарем, Гарри».

Ры-царем? О да! Пожалуйста, давай станем ры-царем.

«Это очередная коррупционная уловка, так? Я не левый и не правый. Я делаю то, что подсказывает мне сердце».

«И что ваше сердце подсказывает по поводу потерянного пистолета, Гарри? Что нужно забыть о нем? Или что он хочет, чтобы его нашли?» Он выковыривает что-то из зубов. «Мне кажется, ему холодно и одиноко. Думаю, он хочет, чтобы его нашли, поэтому у меня к вам предложение».

«Вы говорили что-то о девочке-адвокате?»

«О, Лиз — умничка!» Он широко улыбается. «Я сам заплатил за ее обучение и думал, что после школы она загордится, но, черт возьми, Гарри, она вернулась непримиримой социалисткой! Порой она даже меня пугает своим рвением».

Погоди, та девушка возле «Танцев», которая не спускала с тебя глаз, — он о ней говорит?

Не давай ему повода позлорадствовать.

«Вы отправили ее следить за мной, притворившись садовницей?»

«Признаю, было такое». Он фыркает от смеха. «Она считает себя партизанкой. Ох уж эти детишки из среднего класса и их книжки. С ума сойдешь. Думаю, она предпочла бы вступить в повстанческие войска, а не быть адвокатом. Надеюсь, это пройдет».

(Лучше об этом не упоминать.)

«О...» По его лицу снова расплывается широкая ухмылка. «А еще я слышал, что ей очень нравится возиться в саду. В марте. Это странно. Ну да ладно, продолжим».

«В голове у повешенного была пуля».

«То есть его застрелили?» Кажется, он приятно удивлен.

«Ему выстрелили в голову до того, как повесили».

«Как странно». Он пожимает плечами. «Я не знаю, что сказать, лейтенант. Они говорили, что повесили его. И когда я заглянул в тот двор, то увидел повешенного...»

Мессир, здесь не определишь, правдив он или нет.

«Единственное, в чем я уверен, — в том, что расследование в надежных руках. Если кто-то и сможет докопаться до истины в этом деле о застреленном-и-повешенном, то это мой любимый полицейский — Гарри».

«Да. Ему выстрелили в голову до того, как повесили».

«Как странно». Он пожимает плечами. «Я не знаю, что сказать, Гарри. Они говорили, что повесили его. И когда я заглянул во двор, то увидел повешенного...»

«Интересный факт. Мы знаем не только то, что повешение было инсценировано, но и что все это организовала некая Руби».

«Руби?» Его живот колышется от смеха. «Вам встречаются просто необыкновенные личности, Гарри! Руби, значит? Полагаю, о ней вы тоже хотите поговорить?»

«Вы знаете Руби?»

«Нет, — говорит он, бездумно глядя на часы с меч-рыбой. — Не помню, чтобы я нанимал в команду парней Харди каких-нибудь Руби».

Это не все.

«Хорошо».

«Верно, друг мой. Все хорошо».

Его широкой улыбкой можно укутать вселенную.

«То есть эта Руби не занимается наркоторговлей по вашей указке, Эврар?»

«На этот вопрос я отвечу нет, — решительно говорит он. — А еще я замечу, что я не занимаюсь наркоторговлей, а если бы занимался, то не поручил бы это дело какой-то Руби, которую я даже не знаю. Я бы обратился к копам или... к своей маме. Даже не знаю, Гарри».

«Я не наркоторговец». Он неожиданно начинает смеяться. «На минуту мне показалось, что готова стройная теория, а теперь вас куда-то понесло. Мой вам совет — не усложняйте. Истина всегда проста».

Он думает: Черт, ну и бардак. Хорошо, что меня это не коснется.

Эта женщина, возможно, замешана в его схеме оборота наркотиков. Не может быть, чтобы он ее не знал.

Он все еще искренне расстроен, что убийцами оказались не они.

«Мне хотелось бы спросить кое о чем другом».

«Ну конечно, хотелось», — кивает он.

«Вы разочарованы. Почему вам хочется, чтобы это они оказались убийцами?»

«Почему я разочарован, что не они развязали войну? Я не какая-нибудь потаскушка, Гарри». Он хитро улыбается. «Эврара так просто не пощупаешь. Мы еще не в таких отношениях, Гарри».

«В будущем мне может понадобиться ваша поддержка. Можете вы попросить парней Харди, чтобы они помогли?»

«Ну конечно! Это самое меньшее, что я могу сделать для своего доброго друга Гарри. Сразу же после того, как мы закончим разговор».

Теперь ты можешь пойти и рассказать об этом Титу. Послушать, что он скажет.

«Еще, Гарри, вот пять реалов». Он протягивает тебе банкноту.

«Погодите, зачем вы мне это даете?»

«Я ничего вам не даю. Я просто держу в руке пять реалов».

Стоит ли говорить, что это очередной его трюк? Не бери.

Взять.

Лейтенант смотрит, как ты убираешь купюру в карман. Он выглядит слегка озадаченным.

Сколько еще микровзяток примет этот парень?

«Молодец, настоящий командный игрок». Он потирает руки. «Итак, есть у вас еще вопросы?»

«Мне это не нужно. Мне нужна только ваша помощь с парнями Харди».

«О, я вам ничего и не предлагал, просто держу деньги в руках». Он убирает купюру в карман. «Но я готов поделиться с вами информацией. Еще что-нибудь?»