Разговор · Тит Харди

«Настолько? Как удачно. Поверю тебе, коп, когда сам внимательно осмотрю эти следы».

Он ненадолго задумывается, потом кивает: «Хорошая новость — я все еще тебя слушаю».

«Свежие. — (Кивнуть.) — Но ни с какими из следов на месте преступления они не совпадали, включая следы Руби».

«Опровергает твои мыслишки, так? — Он трет подбородок. — С другой стороны, знавал я в жизни людей, у которых больше одной пары ботинок — и которые даже иногда их меняют...»

Он ненадолго задумывается, потом кивает: «Хорошая новость — я все еще тебя слушаю».

«Свежие». (Кивнуть.)

«Что еще разглядел — насколько свежие? Какого размера?»

«Там были следы — с горизонтальными линиями».

«Горизонтальными? А тебя, вижу, отлично учили в РГМ-школе. Такое и мой старик — охотник, да еще и полуслепой — сказал бы. „С горизонтальными линиями“...»

Он ненадолго задумывается, потом кивает: «Хорошая новость — я все еще тебя слушаю».

Он понимает, что чтобы эти линии читались, следы должны быть свежими. Ты сказал не чушь.

«Ты не поверишь. Помнишь ключ, что я нашел вон там?» (Указать на окно.)

«Наверняка не поверю, коп».

«Он открывает стальную дверь на кухне. Оттуда есть ход наверх, на крышу. Этот ключ... — он смотрит на боярышник за окном, — был здесь — у вас под носом — всё это время».

«Вы его не нашли, а Руби — нашла. Так и поднялась наверх».

«Харэ спешить с выводами. Тео, — поворачивается он к старику, — ты доставал ключ. На вид — он туда попал недавно?»

«Тесемка была старая, выцветшая. Он лежал там лет двадцать».

«Может, она сняла копию».

«А потом вернула оригинал? Зачем? — Он указывает ключ. — В самом деле любопытно, что ты его там нашел, но с Руби не вяжется. И ты это знаешь».

Не вяжется идеально, но вяжется. И он это знает.

И нельзя отрицать — из Тита вышел бы хороший сержант РГМ. А то и лейтенант. Только к женщинам его нельзя подпускать.

«Угу, может, я и правда поспешил с выводами».

«Не „может“, а поспешил. Поспешили. — Он тыкает пальцем в Кима. — Вы оба. Я и сам так делал — пихал в одну теорию все зацепки, что находились. Но это так не работает».

А все-таки ключ — странное совпадение, и он это знает.

«Не „может“, а поспешил. — Он указывает на себя. — Я и сам так делал — пихал в одну теорию все зацепки, что находились. Но это так не работает».

«Когда она всё сделала, то могла просто положить его на место».

«Зачем? — Он мотает головой. — Бред же. Очень любопытная находка, но она не вяжется с ситуацией, и ты это знаешь».

«Он открывает кухонную дверь, ведущую на крышу. Вы его не нашли, а Руби — нашла. Так она туда и попала».

«Ну ладно, отходила она поссать, отходила! На минутку. Может, выходила и наружу. Она ведет из фуры масштабную операцию. — Он указывает на перекресток. — Она всегда девка деловая была».

Масштабная операция наверняка еще и незаконная.

«И если ее не было пять минут — это не значит, что она волшебным образом перелетела на крышу и пристрелила наемника. — Он стучит по виску. — Я прикидывал — нереально».

А не этой ли масштабной операцией просила тебя заняться Джойс? Наверняка — но они ничего не скажут. Продолжай расследование!

Ну конечно! Руби — та самая рулевая дама из загадки пробки! Наверное. Придется расследовать дальше — эти тебе не расскажут.

Это ты уже знаешь. Всё сходится: Руби, пропавшая Харди, присутствовала на повешении, и она торгует наркотиками.

«Сам же знаешь, что это не так».

«И в туалет не ходила?»

«И ни разу не отходила к бару выпить?»

«Потому что она всю ночь была здесь. С нами».

«Да он шьет белыми нитками, чтобы ее упечь. Это ж прям азбука копского дела».

«Она была здесь всю ночь? — игнорирует татуированного мужчину лейтенант. — С 23:30 до 00:15 — всё это время?»

Боюсь, мы не сможем сложить эту головоломку. На данном этапе разумнее всего было бы дать кому-то другому ее сложить.

(Шепотом) «Ким, у тебя была куча времени сформировать гипотезу. Жги!»

«Думаю, лучше просто сразу к делу, — шепчет он в ответ, а потом поворачивается к Титу и спрашивает: — А почему вы так уверены, что Руби его не убивала?»

Нет, хочу всё сделать сам!

Как хочешь! Но помни — это ты сам себя принуждаешь.

Понял. А теперь, пожалуйста, позволь мне снова двигаться.

Двигаем.

Как скажешь. Но прежде чем мы продолжим, можно мне предаться теориям?

Это вряд ли поможет, но разумеется. Давай предадимся теориям.

Вот так всё просто.

Лейтенант окидывает зал взглядом, явно наслаждаясь короткой передышкой. Но потом кладет руку тебе на плечо: «Если у нас не осталось тут дел, то пора...» — и смотрит на дверь.

Кстати... Со всем этим перегрузом мозга не упомнишь — а ты давно курил? Может, сигаретка пошла бы на пользу.

ДА! Ты как дунешь, ты как плюнешь, ты ка-а-ак вскроешь это дело!

...Все молчат?

Серьезно?

Вот прям ни одной мысли?

Я тут один, выходит? Поди ж ты. Ну что ж... удачи!

Можно добить оборону этой Клаасье. Может, скажет что полезное?

Ого, ты очень тщательно работаешь. Прибавить нечего — просто добей оборону Клаасье. Может, скажет что полезное?

К западу есть жутенькое здание. Возьми фонарик, осмотри подвал. Там таятся тайны — властные, древние тайны. Они могут тебе помочь.