Разговор · Синди Череп

«Может, тебе нужна работа? Я могу устроить. На настоящую работу, где платят зарплату!»

«Ну нихуяшечки себе, а! — Она пытается сдержать приступ смеха. — И что же за работу ты можешь мне предложить? Выгуливать тебя в наморднике?»

«В „Танцах в тряпье“ как раз есть вакансия».

«Да неужели? — Ее глаза блестят, как краденые монеты в лунном свете. — Спасибо за информацию. Значит, поживиться станет еще проще».

«Это всё, что ты можешь предложить, легавый? Похоже, биржа труда меня снова кинула. — Меж соседними домами завывает ветер. — Нет работы, нет искусства. Так-то».

«Ты можешь работать на меня! Пополнить ряды полиции».

«У нас есть процедура, которая запрещает принимать „Черепов“ в ряды полиции».

«Я — и в мусарне? Боюсь, у меня недостаточно хорошее обоняние, чтобы втягивать ноздрями дворовую пыль», — злобно бросает она.

«Быть может, у владельца ломбарда найдется для тебя какая-нибудь работенка».

«Думаешь, он меня еще хоть раз пустит в свою лавку? Да ни за что. Вряд ли ему захочется внезапно лишиться всех запасов».

(Указать на Джойс.) «Она могла бы нанять тебя на работу. Она сама работает на компанию, которая владеет портом».

Девушка смотрит на мирно покачивающуюся на прибрежных волнах яхту и шипит сквозь зубы: «Да она с меня при первой же возможности шкуру сдерет. Пустит на сапоги. — Ее лицо расползается в безумной улыбке. — Если я не доберусь до нее раньше».

«Я знаком с председателем профсоюза. Уверен, еще одна пара рук в доках им не помешает».

«О да, им действительно нужны еще люди. Особенно после таинственной пропажи груза на прошлой неделе».

«Доводилось что-нибудь слышать про это?» — спрашивает лейтенант, но не получает ответа.

«Ты можешь встать за прилавок в местном „Фриттте“. Работа выглядит довольно простой».

«Ты хотел сказать довольно скучной. — Она мрачнеет. — В любом случае ничего не получится. Мне туда вход заказан. Не то чтобы это когда-то мешало мне пополнять запасы курева».

Что ей нужно? Ты мало что можешь ей предложить. Хм-м-м, можно попробовать предложить ей работу.

Она полностью закрылась. Что ей нужно? Может, просто спросить? Похнычь на эту тему, чтобы она почувствовала свое превосходство.

«Да ладно тебе! Наверняка есть какой-нибудь другой способ доказать, что я достоин?»

«Полай. Тогда, быть может, поговорим о деле».

«Ни за что. Забудь об этом». (Спасовать.)

«Э-э-эй, да ладно тебе! Не губи веселье на корню».

(Повернуться к лейтенанту.) «Ким, давай ты».

Лейтенант сохраняет полное спокойствие, лишь искоса бросает на тебя убийственный взгляд.

Когда рак на горе свистнет.

«Нет, это должен сделать ты. Я хочу, чтобы ты полаял, болонка драная».

(Умеренно полаять.) «Гав-гав!»

«Ты что, хочешь, чтобы я подошла и отшлепала тебя по морде тапкой? Лай давай!» Она ухмыляется, чувствуя свою власть.

(Позорно полаять, завывая.) «Гав-гав-гав-ау-у-у-у!»

«А кто тут хороший мальчик?» — произносит она приторно-сладким голоском.

(Полаять, но чуть-чуть.) «Гав».

«Ну давай же! Какой из тебя легавый, если ты даже лаять не умеешь?» — усмехается она.

«Я встретил твоего друга Стебана».

«Тоже мне новости. Я видела, как ты туда вошел».

«Ну так что, вы с ним подружились?»

«Не знаю даже, как сказать, но, кажется, мы с ним открыли какие-то новые экстрафизические аспекты».

«Ни слова больше, легавый. Меня сейчас стошнит...»

«Ладно, по крайней мере ты убедил его развесить плакаты. Приятно видеть старого короля в окружении правильных лозунгов. Я видела, как одна старая кошелка чуть в обморок не грохнулась, когда вышла из „Фриттте“».

«Ладно, я ему сразу сказала, что идею с плакатами ты не поддержишь. А жаль. Среди них были отличные...»

«Ну, у нас не обошлось без небольшого физического столкновения, но, думаю, он уже пришел в себя».

«Я поначалу решила, что Ули меня разыгрывает, но потом увидела щеку Стеба. Неплохо ты его приголубил». Похоже, она одобряет.

«Он отличный товарищ. Очень прогрессивный с идеологической точки зрения».

«Божечки, ты даже начал говорить, как он. Скоро будете друг у друга домашку проверять...»

«Да, он ничего так». (Пожать плечами.)

«Ха! Он был круче, пока не тусовался с легавыми...»

«Ты постоянно куда-то косишься. Что там?»

Она с отвращением кивает в сторону женщины, которая занимается обслуживанием яхты, пришвартованной у причала.

Ненависть? Отвращение? Сложно сказать, чего в ее по-детски открытом взгляде больше.

Женщина на яхте даже не замечает ее взгляда.

«Шлюха озоннская... — шепчет она. — За ней глаз да глаз».

«Ты имеешь в виду Джойс?»

«Уже перешел с ней на „ты“, как я погляжу. Виляешь хвостом? У любой легавой должен быть хозяин».

«Откуда столько негатива?»

«Ты что, в нее втюрился, что ли? Хватаешься за любую возможность защитить ее честь и достоинство?»

«Погоди-ка. Озонн? Где это?»

«Там, откуда родом подобные ей шлюхи, весь их блядский народец».

«Да, мне она тоже не нравится».

«Ха! Может, легавые и впрямь не такие тупые, как кажется». Она важно кивает, одобряя твои слова.

«Кто она?»