Сложно · Полицейская волна ≥ 6
Пока внимание Эврара поглощено твоим странным поведением, лейтенант внимательно осматривает все вокруг. Папку, стол, бумажки, прикрепленные к стене...
Психика
Без эффектов мыслей; могут действовать другие условия диалога.
620 · Реплики навыка
Пока внимание Эврара поглощено твоим странным поведением, лейтенант внимательно осматривает все вокруг. Папку, стол, бумажки, прикрепленные к стене...
В ведении 41-го участка, где печатные машинки не смолкают даже ночью, а офицеры шагают по высоким ступеням и переходному мостику. Строчки исчезли с бумаги задолго до того, как открытка упала в холодные прибрежные воды. Ее больше нет с нами.
Сейчас как раз подходящее время, чтобы дать делу название. Вот бы лейтенант Кицураги был здесь, чтобы вы могли это обсудить. Без него заниматься этим бессмысленно... Может, получится вернуться к этому позже?»
Где-то — но не здесь — всегда готовый помочь лейтенант Кицураги делает заметки в своем синем блокноте. Он слегка наклоняет его, и в блестящем прямоугольнике отражается свет. Он мог бы тебе подсказать. В следующий момент...
Где-то в лазарете участка лейтенант Кицураги поворачивается на бок и говорит: «Ай!». Его раны жутко болят.
Одному богу известно, сколько их на моем счету... Он старается не думать об этом.
Он думает, что там указано, сколько лет ты состоишь на службе.
Для этого лейтенант обязательно должен быть рядом. Это поражение.
«Мы не попались на их удочку», — с гордостью думает он.
Вдруг ты вспоминаешь: внутренний осмотр проводится в присутствии двух сотрудников полиции. Ты убираешь руку с лица мертвеца и открываешь глаза. Тебе нужно будет вернуться сюда с лейтенантом.
Он хмурит брови, глаза становятся пустыми. По лейтенанту видно, как он жалеет, что не догадался об этом раньше.
«Мы едва не попались, — думает он. — Едва».
Лейтенант тем временем сидит у себя за столом, склонившись над кипой бумаг. Его помощь сейчас была бы неоценима.
С другой стороны... Не то чтобы меня совсем не интересовали брошенные радиокомпьютеры.
Выбирай очень осторожно, чем ты хочешь с ней поделиться.
«Нет, мне правда нравится, — думает лейтенант. — Интересно, нам уже удалось сбить ее с толку?» Он смотрит на женщину, оценивая ее...
Где-то в кабинете, освещаемом лишь зеленой настольной лампой, сидит капитан Птолемей Прайс — 58 лет, лысый, в очках — и делает заметки в лежащем на столе журнале. Строчка за строчкой: дни, недели — лаконичные комментарии в отдельном столбце: патруль, дело, отпуск, ранение...
«В МАРТИНЕЗЕ, ЗНАКОМСТВО С „КРЕНЕЛЕМ“» — пишет он в одной из строк. Затем мужчина откладывает ручку и обеими руками потирает виски. Снаружи раздается сирена, слышны далекие звуки выстрелов на улицах квартала Джемрок.