Разговор · Жан Викмар

«Правда?» Он поправляет галстук. «Или, может, ты на самом деле просто не узнал меня в лицо? Сколько времени мы были напарниками, Гарри? Не отвечай, ты все равно не помнишь».

«Не люблю, когда мне врут».

«Я не врал тебе. Вообще никто тебе не врал. Ты до такой степени ужрался, что не смог узнать собственного напарника».

«Кого ты назвал засранцем?»

«Тебя. Я назвал засранцем тебя».

Несмотря на все, что ты сделал? На дезертира, на фазмида, на расследование?!

«Несмотря на все, что я сделал?»

«Наоборот. Именно из-за всего того, что ты сделал».

Лучше не злить его возражениями.

Хорошая мысль. Он, похоже, считает, что ты не в том положении, чтобы спорить по поводу того, кто здесь засранец.

Может, ты это заслужил?

«Моя куртка... Кажется, она никого не смущает».

«Гарри, ты коп, у которого на спине написано „ссаные п***ры“! Ты представляешь, сколько мы дерьма от либералов за это натерпимся?»

Нет-нет-нет! Ты проверял эту куртку на политкорректность!

«Так, ага. Понимаю».

«Гарри, ведь тебя могли сфотографировать...» До него начинает доходить серьезность ситуации.

«Нас утопят в дерьме».

«Да, — говорит Трэнт Хейдельстам. — Это вполне могло попасть в объектив чьей-то камеры. Нам нужно принять меры по устранению последствий».

«Дело обошлось без камер». Он смотрит на свои ботинки. «Нет у них никаких камер...»

«Пиздец всё закрутилось. Куно одобряет».

«Не волнуйся, меня многие видели в этой одежде. Никто ничего не сказал».

«„Ссаный п***р“. В единственном числе».

«Это что, костюм „ФАЛН“? Для чего весь этот маскарад? Ты что, в школу решил вернуться?»

«А что это у тебя на спине написано...» Он прищуривается. «„Ссаные п***ры“... что, блядь, с тобой не так?!»

«Что у тебя на спине написано? На хуй мир? Так ты теперь у нас рок-н-рольщик, нигилист и провозвестник конца света?»

«Ты выглядишь как ебаный клоун, Гарри. В смысле, не забавный офицер полиции, а самый натуральный цирковой паяц на моноцикле, с измазанной тортом рожей».

«Гарри... ты весь в крови. Ты практически полумертвый».