Разговор · Дезертир

«Да нет, это чертов криптид, это...»

...фазмид! Ты открываешь глаза — он по-прежнему здесь, вращается медленно и абсолютно бесшумно, покачивая длинными худыми лапками...

Ты слишком поздно бросил пить. Теперь все.

Это белая горячка! Ты допился до белой горячки!

Это все наркотики. Дыши ровнее, это просто глюки!

Нет! Это же криптид!

Нет. Не может быть.

Боже ты мой... возможно, ты прав.

Нет, это криптид!

«Ким, ты это видишь?!»

«Я это вижу».

Всего три слова, но какое облегчение. Если он это видит, значит ты не сошел с ума.

...но лейтенанта Кицураги здесь нет. Только старый дезертир. Он поднимает на тебя свои черные глаза и произносит: «Какой еще Ким? Никакого Кима здесь нет».

Он прав. Ты потерял рассудок.

Здесь только старик и гигантское насекомое, которое медленно и абсолютно бесшумно вращается, покачивая своими длинными тонкими конечностями...

«Куно, ты это видишь?!»

«Чё за вопрос?! Конечно, бля, вижу!»

Слава богу. Если он это видит, значит, возможно, ты не сошел с ума.

«Да что ты там видишь? Жука?» Он явно не понимает, что происходит.

Ты чувствуешь, как трясутся твои ноги, а рука тянется к кобуре — к пистолету...

Ты чувствуешь, как трясутся ноги, а рука тянется к кобуре — но пистолета у тебя нет...

«Огромный жук, осторожно!»

«Об огромном палочнике!»

Моргнуть.

Раскладной хитиновый механизм никуда не делся. Живой тростник продолжает раскачиваться на месте.

«Ладно, может, ты прав...»

Сначала спросить: «А в ней хватит места троим?»

«В общем-то, нет, — лейтенант качает головой. — Мы можем отвести его к пирсу, а потом один из нас довезет арестованного до большой земли, а второй будет дожидаться, но...»

Но кто тогда будет присматривать за ним, пока ты возвращаешься сюда?

«Это не проблема».

«Нет, это проблема. Кто будет присматривать за ним, пока я вас забираю?»

«Это что... шутка?» Он оглядывается в каком-то странном отчаянии. «Это просто шутка, я не могу...»

Стоп. Что-то происходит.

Лилльен. Может, ее попросить?

«Кто будет присматривать за ним, пока я буду тебя забирать?»

«Вы будете меня забирать? Может быть, я отвезу его и пришлю за вами лодку?»

Он понял что-то, что до тебя еще не дошло.

«Но что?»

Лейтенант раздраженно качает головой. «А кто будет присматривать за ним, пока я вас забираю?»

«Ты можешь отвести его в участок и вернуться за мной».

«Нет-нет. Это займет целый день. Вы перевезите арестованного, а я останусь здесь. Просто провожу вас до пирса».

«Возможно, ты прав...»

«Обойдемся без любезностей. Я это сделаю».

«Может быть, просто попросить Лилльен присмотреть за ним?»

«Это не какой-нибудь безобидный старичок», — качает головой лейтенант.

«Этот гребаный мир...» Он пытается рассмотреть что-то — кто знает, что — в пыли. «Этот мир... что это?»

Под всем этим замешательством и гневом скрывается жамевю, как у тебя? Мысль появляется и исчезает, вытесненная более насущными проблемами...

Нет, слушай! Слушай же!

Стоп...

Вот опять, к северу от тебя. Ты слышишь это с самого прибытия на остров — тростник шепчет, стебли трутся друг о друга. А потом посреди этого шепота...

Что?

Какой-то совершенно непонятный звук. Будто тетивой лука очень медленно проводят по натянутым струнам скрипки. Очень маленькой скрипки, сделанной из тростника и рогоза.

...секунда — и он исчезает. Тонет в голосе лейтенанта, который говорит: «Возможно, в лодку могут поместиться трое...»

«Тс-с-с, Ким! Ты слышишь?»

«Что?»

«О чем вы говорите? Это что...» Голос старика тонет во внезапно налетевшем порыве ветра. «...правда мы...»

Твоя кожа покрывается мурашками.

«Так, то есть по-твоему, мы можем все там поместиться?»

«Нужно попытаться. Существует протокол транспортировки арестованных, который требует, чтобы двое...»

Тебе показалось, что ты что-то слышал, но это просто тростник шумит...