Разговор · Авторитет

Ладно, вышло лучше, чем я ожидал.

«Ты прав, не знаю».

«Вот и умница».

Промолчать.

«Ладно, тогда хватит об этом». (Подвести итоги.)

«Да пофиг ваще».

«В каких отношениях она была с наемником?»

«В отношениях?! Не было никаких, блядь, отношений! Он ее изнасиловал, вот в каких отношениях!»

Что-то тут не так. В его злости слышится... чувство собственничества.

«Снова как та история с караоке. Или с другими девчонками, которых он домогался».

«Всё, достаточно. Это всё не касается заявленной сути расследования».

«Ты сказал, вы отжигали. В каком смысле?»

«А сам-то как думаешь?»

«Секс, наркотики и караоке?»

«Да, да и нет. — Он смотрит тебе прямо в глаза. — Что-то не устраивает?»

«То есть вы двое были... близки?»

«Нет. Просто трахались, — буднично отвечает он. — Подробностей не расскажу, так что прибери хуец».

Он прям из кожи вон вылез, чтоб показать, что эта тема его не напрягает. Сейчас ты большего не услышишь.

Какая убедительная сцена — достойно уважения. Картину «да мне ваще плевать» изображает весьма прилично.

«Следующий вопрос».

«Господи, ну сколько еще...»

«Секс?»

«Ага».

«Караоке?»

«А то ж. Все песни спели».

«Наркотики?»

«Ага. Употребляли. И чё?»

Ты зачем-то добавил «класс» после имени жертвы, пуча глаза как дикое животное. Твои пальцы дергаются, а на лбу выступает испарина. Тит странно на тебя смотрит.

«Не понимаю, что в этом такого классного».

«Ничего, — косится он на тебя. — У нас еще пара вопросов — и мы вас оставим».

У тебя как будто сердечный приступ — что бы ты ни сказал, не могло оно быть настолько плохо. Расслабься, пожалуйста.

«Мисс Танцовщица Оранская?»

«Да, почему нет. Ты, наверное, ее тут видел». Он машет головой вверх.

«К-Клаасье?»

«Ага — блондинка. Высокая. Живет в двух номерах от тебя». Он кивает наверх.

Блин! Девушка... с верхнего этажа?! Нет, не может быть! Она знает, что ты нажрался до беспамятства и забыл, что ты коп...

(Кивнуть.) «Как ее зовут?»

«Меня волнует не преступник, а жертва. Ей нужна помощь».

«Тит...» Он смотрит на нее.

Она прерывается на полуслове. Готово — он у тебя в кармане. Он расскажет — но по-своему.

«Хочешь ей помочь, коп? Ладно, я дам тебе ей помочь — но чтоб уважительно».

«Если отнесешься без уважения — если будешь ее допрашивать или еще как-то донимать... — Тит касается кулаком своей челюсти. — ...полный грузовик мучительной боли».

«Женщину изнасиловали. Ей нужна психологическая помощь — нам необходимо с ней поговорить».

«Тит...» Он смотрит на нее.

Она прерывается на полуслове. Готово — он у тебя в кармане. Он расскажет — но по-своему.

«Хочешь с ней поговорить, коп? Ладно, я дам тебе с ней поговорить — но чтоб уважительно».

Кстати сказать, от граффити-то не совсем избавились, не так ли?

Ты о чем вообще? Не надо об этом говорить, сейчас не время для мелких придирок.

«Поздравляю. Но я слышу только, как вы обсуждаете сисяндры Моники — когда у вас человека изнасиловали».

«Кажется, вы там не все граффити убрали».

«Чувак, я был в Джемроке. Он весь как картина современного художника. По улицам шастают десятилетки с пушками — да у вас там борются за власть восемь крупных банд...»

«Да не, я тоже люблю пиво — и дрочить хуй вместо помощи людям».

«Говоришь, мы людям не помогаем? — отставляет он пиво. — Мне уже десять лет как не похуй! Пока мы не организовались, Мартинез был настоящей свалкой».

«Брат, они просто не в курсе. Их здесь не было. — Он поворачивается к тебе. — Тут было по три перестрелки в неделю, мертвые дети, граффити повсюду — вы, копы, с тридцатых тут не показывались».

«Не-не, я тоже бухаю на работе. Мне тоже похуй, прямо как вам».

«Говори за себя, парниша, — отставляет он пиво. — Нам уже десять лет как не похуй! Пока мы не организовались, Мартинез был настоящей свалкой».

«Брат, они просто не в курсе. Их здесь не было. — Он поворачивается к тебе. — Тут было по три перестрелки в неделю, мертвые дети, граффити повсюду — вы, копы, с тридцатых тут не показывались».

Ты столько плохих вариантов уже отбросил, прям ух! Ну теперь-то всё точно получится!

«Сперва вы мне говорите, что тут кого-то изнасиловали, а потом не говорите, кого. Так нечестно!» (Затопать ногами.)

«Кончай высираться. Тебе этого знать не требуется, понял? Мы со всем разобрались».