Разговор · Аннетт

«Здравствуйте, мастер-детектив, — приветливо улыбается она. — Пришли купить еще книг?»

«Кто это такие — знаменитости?»

«О, это исторические короли, королевы и генералы, а еще художники и писатели, музыканты — в общем, такие люди. Обычно они чем-то выделяются среди остальных». Почесав румяную от мороза щеку, она продолжает.

«Я думаю, поэтому люди их биографии и читают. Пытаются разгадать секреты их славы».

Похоже, что большинству читателей таких книжек знаменитыми стать все-таки не удается.

«Но если читать книги о знаменитостях, то самому знаменитым не стать, верно?»

«Верно. Зато сами знаменитости станут еще знаменитее!» — весело улыбается она.

Они все придурки.

«Похоже, все эти знаменитости — просто сборище придурков».

Лицо Аннетт продолжает выражать радостный энтузиазм и готовность помочь, но сама она ничего не говорит.

«Ладно, проехали. Просто больше мне сказать было нечего».

«Хорошо!» — она смотрит на тебя, широко распахнув глаза.

«Да, ты верно услышала. Только неудачники будут тратить время на всю эту чушь».

«Это как-то по-детски звучит от взрослого».

Когда она вырастет — и если вырастет умницей, — то поймет, что никаких «взрослых» не бывает.

Эти люди заслуживают смерти.

«Может, и так...»

Она удивленно смотрит на тебя, не вполне понимая причину твоих странных выходок.

«А с чего ты решила, что я взрослый?»

«А у вас морщины и усы, как у старикашки!»

Ты и чувствуешь себя старым — у тебя постоянная одышка и суставы то и дело болят.

«Да, я старый. Такое, знаешь ли, случается».

«Интересно, какой я буду, когда состарюсь?.. — задумчиво говорит девочка. — Может, тоже вся сморщусь». Она тихонько хихикает.

«Пф-ф. Не такой уж я и старый. У меня, если хочешь знать, все прекрасно».

«Как скажете, сэр!» — она одаривает тебя обезоруживающей улыбкой.

«Как у старой кашки? Какой еще кашки, что ты такое несешь?»

«Старикашки, сэр. Я сказала „старикашки”, старого человека», — она удивленно переминается с ноги на ногу.

«Если вырастешь сообразительной, то поймешь, что никаких „взрослых” не бывает».

«Хорошо... сэр».

Она не знает, как это надо понимать. Но она запомнит.

«Может, мне начать убивать этих знаменитостей? Открыть на них охоту?»

«Что, сэр?» — пораженно раскрыв глаза, она смотрит на тебя.

«Они заслуживают наказания за все, что сделали, чтобы прославиться».

«Ну... ладно... — кашляет она. — Может, тогда книжку купите?»

«Ха-ха! Не переживай, девочка. Я просто шучу — шутник я. Конечно, я никогда бы такого не сделал».

«Это совсем не смешная шутка. Ни капельки».

«Чтобы поглотить их сущность. Вся их слава перетечет ко мне».

«Я думаю, что слава не так работает, сэр...»

«Слава — это... для поверхностных людей. У меня есть занятия поважнее».

«Хорошо, сэр!» — она притопывает ногами и ждет, что будет дальше.

«Похоже, что слава — это здорово. Может быть, обо мне тоже когда-нибудь книгу напишут».

«Почему вы так думаете, сэр?»

«Потому что я буду копом-суперзвездой. Про меня напишут газеты и все такое прочее. Вот тогда они узнают!»

«Ой, это так здорово! Может, они даже поставят вас на обложку, и вот это все. Чтобы вы стояли над мертвецом с пистолетом в руке...»

«Хм-м, и действительно — почему? Я ведь просто старый и усталый полицейский. Какой от меня толк?»

«Вы не такой уж старый... может, вы еще сделаете что-то очень важное! Что-то, что удивит весь мир!»

«Спасибо, девочка. Ты очень добра».

«Пожалуйста, сэр!» — улыбается она и делает глоток из своего термоса.

«Ты так думаешь?»

«Да! Всегда есть надежда... многие знаменитости прославились довольно поздно, а то и вовсе после смерти».

Да, ты явно из тех, кто мог бы стать знаменитым посмертно. Кто знает, может, тебя прославит то, как именно ты умрешь.

«Можно рассказывать себе эту сказку на ночь. Может, слава на самом деле не так уж и важна».

«Может быть, и не важна. В конце концов, кому интересно читать книжку о самом себе? — ухмыляется она. — Читать о других гораздо интереснее!»

«Но что, если я прославлюсь только после смерти? Я же тогда совсем не смогу насладиться славой».

«Я думаю, что не нужно забивать себе голову такими мыслями, — она притопывает ногами. — Надо просто всегда стараться быть лучше».

«Некоторых людей замечают, некоторых — забывают, будто их и не было. Так устроена жизнь».

«Я думаю, что самое главное — просто прожить счастливую жизнь! — чешет она нос. — И незачем думать о славе и забивать себе голову дурными мыслями».

«Да. Но я о другом хотел спросить».

«Ага», — она притопывает ногами и ждет, пока ты что-нибудь скажешь.

«А я стану знаменитым, если прочитаю такую книгу?»