Разговор · Андре

Аудиоволны бьются о твою грудь. После настройки динамика звук намного лучше... Но РИТМ все еще слабоват.

А что, если... перенаправить тот жуткий звук, что ловят микрофоны программистки, через этот компрессор?

Аудиоволны бьются о твою грудь. После настройки динамика звук намного лучше...Но ты замечаешь, что чего-то все-таки не хватает.

(Да пофигу.) «Круто, тогда перейдем к вопросам».

«Конечно, чувак!» Он радостно скачет, его движения перемежаются вспышками стробоскопов ночного клуба.

«Нет пощады демонам ярости».

«А что это значит?» — спрашивает он, перекрикивая громыхание музыки.

«Ну разумеется, нужно было непременно приплести сюда „демонов“...» — бормочет лейтенант под нос.

«Слишком длинное. В пылу пятничного угара такое никому не запомнить».

«НЕТ ПОЩАДЫ!»

«Камон прав: если название слишком длинное, можно сократить до „Нет пощады“. По крайней мере, это оригинальное название — победоносное, вызывающее эмоции».

«И при этом загадочное». Он осматривает церковь: лучи стробоскопа пробегают по танцполу, окрашивая его синим и фиолетовым.

«Значит, договорились. Добро пожаловать в „Нет пощады демонам ярости“!»

«Возвращение».

«Возвращение? Это еще почему?!»

«Возвращение. Мне нравится».

Лейтенант ничего не говорит, только молча наблюдает за тобой.

«Ребят, только не „Возвращение“. Так уже куча всего называется: один бар для коммунистов в Джемроке, куда любят заглядывать мои друзья, а еще очень известная радиопередача... ну, вы все ее знаете...»

«Ладно, ладно. Значит, не „Возвращение“. — Андре поворачивается к тебе и пожимает плечами. — Прости, начальник. Есть еще варианты?»

«Ладно, думаю, у меня найдется еще пара идей...» (Выбрать другое название.)

«ДА-А-А! ВРЕМЯ СДЕЛАТЬ ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ВЫБОР!»

«Западный Ревашоль».

«Ого! Вот это размах. Клуб для всего Западного Ревашоля? Масштабно!»

«Это деньги».

«ЭТО БУДУЩЕЕ!»

«Значит, договорились. Добро пожаловать в „Западный Ревашоль“!» Он осматривает церковь: лучи стробоскопа окрашивают танцпол синим и фиолетовым.

«Нет... Я сказал „ВОЗВРАЩЕНИЕ“, значит будет „Возвращение“». (Назвать клуб.)

«ДА-А-А! ВОЗВРАЩЕНИЕ В LE RETOUR!»

«Значит, договорились. Добро пожаловать в „ВОЗВРАЩЕНИЕ“!» Он осматривает церковь: лучи стробоскопа окрашивают танцпол синим и фиолетовым.

«Эй-Камон, у тебя наверняка много идей».

«ЕКОКАТАА! — кричит со сцены большеголовый панк, размахивая в воздухе рукой. — МЕСТО ВСЕХ УСТРЕМЛЕНИЙ!»

«Екокатаа? Зона экологической катастрофы? Не, Камон, это слишком мрачно. Есть еще варианты?»

«ХАРДКОР! — На его лице расцветает победоносная, но совершенно безумная улыбка. — МЕГАХАРДКОР!»

«Не, это должно быть масштабнее хардкора. — Вместе с осознанием к Андре приходит беспокойство. — Даже масштабнее мегахардкора. Масштабнее всего жанра!»

«Соона, а вы что думаете по этому поводу?»

«Ничего».

«Ну и хорошо, а то у нас и так слишком много вариантов».

«Асель, как бы ты назвала клуб?»

«Я бы выбрала что-нибудь попроще. Как насчет просто „Клуб“?»

«Слишком авангардно. — Андре качает шипастой шевелюрой. — И слишком иронично. Нам не нужна ирония, нам нужна естественность. Естественность, правда и красота, как утром после рейва».

«Ким, как бы ты назвал этот клуб?»

«Никак. Я бы вообще не стал открывать клуб. И не стал бы его называть».

«Подпольное местечко без названия? Человеку-крабу это понравилось бы».

«Мы не рассматриваем варианты, которые понравились бы человеку-крабу».

«Почему? Асель, у него есть кое-какие идеи. Идеи с другого уровня сознания!»

«Да мне плевать. Мне не нравится человек-краб и не нравятся его идеи. Они жуткие. Давайте следующий вариант!»

«Ноик, а ты что думаешь по этому поводу?»

«Амнезия».

«Амнезия?.. Типа, как „не-могу-вспомнить-название-клуба“?»

«АМНЕЗИЯ!»

«Не, ребят, никакой амнезии».

«Андре, как ты предлагаешь его назвать?»

«Как назвать... — Он погружается в размышления, задумчиво теребя рукой волосы. — Все названия, что мне удалось придумать, звучат как-то неправильно».

«Андре слишком сильно заморачивается на этот счет», — поясняет девушка с микрофоном.

«Ага, ты должен сделать это сам, детектив. — Спидпанк с ниткой желтых бус на шее смотрит на тебя. — Это поможет настроиться на нужную волну».

«Ноик прав. Ты нам здорово помог. Так будет правильно».

«Я знал! Знал, что этот человек вернется, чтобы снова задавать свои любимые вопросы! — Парень улыбается тебе. — Что на сей раз?»

«И снова здравствуйте. Ну, типа... Как дела?» Он выглядит взбудораженным. Кончики его волос острые и белые, как сосульки. У стоящего перед ним зеркала — зубная щетка, практически полностью изъеденная осветлителем.

«И снова здравствуйте. Ну что, передумал? Ты ведь передумал, правда?» Кончики его волос острые и белые, как сосульки. У стоящего перед ним зеркала — зубная щетка, практически полностью изъеденная осветлителем.

Ты видишь паренька, который обесцвечивает кончики волос зубной щеткой. Он откладывает щетку и протягивает руку в приветствии.