Разговор · Воскресный друг

«Всегда рад помочь РГМ. Удачи, а если мы с вами снова не встретимся — bonne chance!»

Завидев тебя, мужчина отворачивается...

«Офицер...»

«Господин Вильдруа...» — кивает лейтенант.

Повисшее неловкое молчание заполнять тебе.

«Поглядите-ка, что принесло прибоем».

«Это на сленге РГМ означает „неправомочно обвиненный“?»

Как ты можешь возложить la responsabilité, если не извинишься за ошибки?

«Простите, неудачная шутка. Я хотел поговорить о произошедшем».

«Слушаю». Он поворачивается к тебе.

«Мне все еще кажется, что вы были неправы, но я готов вас простить».

«Поверить не могу. Никогда не видал такой наглости...»

«Такое поведение отражает официальную позицию РГМ по отношению к партнерам из Коалиции?» — поворачивается он к лейтенанту.

Слышишь презрение в его голосе? Он всегда считал себя выше тебя.

«От лица моего напарника приношу свои извинения. Заверяю вас, что он никоим образом не говорит от лица РГМ».

«Может быть. А может, и нет. В любом случае, этот разговор окончен. Всего доброго».

С этими словами он снова от вас отворачивается.

Лейтенант пялится на спину мужчины, потом отходит. Убедившись, что никто вас не слышит, он поворачивается к тебе...

«Не понимаю, почему вы к нему прицепились. Он был любезен, помогал нам и не сделал ничего дурного. Почему вас так тянет его оскорблять?»

«Прости, Ким. Не могу удержаться».

«Господи, неужто вы не могли хотя бы попытаться?»

«Не понимаю, чего я вообще переживаю. Это, в конце концов, ваше побочное дело...»

Это не конец. Может, на этом побережье есть кто-то еще, кто подскажет, куда идти...

«Ладно, пойдемте. Здесь вы уже достаточно навредили».

«По-моему, он нас презирает. Считает себя лучше нас».

«Разумеется, он же из Моралинтерна. Но это не значит, что мы не должны соответствовать некоему уровню...»

«Рожа мне его не нравится, понял?»

«Господи, неужто вы не могли хотя бы прикинуться?»

«Особенно от рядового сотрудника Ревашольской гражданской милиции».

Слышишь презрение в его голосе? Он всегда считал себя выше тебя.

Это не конец. Может, на этом побережье есть кто-то еще, кто подскажет, куда идти...

«Разговор окончен. Всего доброго, офицер».

«Кажется, произошло небольшое недопонимание».

«Весьма эвфемистичный способ описать то, что я припоминаю...»

Здесь обиняками не выкрутишься.

«Хотел бы принести вам искренние извинения за свое поведение. Оно было совершенно неуместно. Беру всю ответственность на себя».

Некоторое время мужчина осмысляет сказанное, потом медленно кивает...

«Из глубочайшего уважения к РГМ и во имя дальнейшего развития наших партнерских отношений я принимаю ваши извинения, офицер».

«Так что же привело вас на побережье?»

«Мне нужна ваша помощь. Я хочу основать комиссию и возложить la responsabilité».

«Друг мой, если вас волнует la responsabilité, то у меня для вас хорошие новости: вам не нужно собирать комиссию, потому что она уже существует!»

Боже, ну еще бы. Моралисты...

«Comité de Responsabilité Ревашоля. Это своего рода координационный центр деятельности Коалиции. Проще говоря, именно члены Комитета определяют, на ком какая responsabilité в этой части мира...»

Да, именно такое умеренно важное ведомство тебе и нужно!

«Я бы и сам вас связал с Комитетом, но я, к сожалению, на самом деле не в Мартинезе».

Что? А где он тогда?

Ты так и знал, что с ним что-то не так! Он — астральная проекция, бюрократический фантом!

Не в буквальном смысле. Он имеет в виду, что находится в Мартинезе неофициально.

«Понял. Вы здесь по личному делу».

«Précisément. Официально я все еще в Дельте, готовлюсь к конференции по нефтяным деривативам...»

«Было бы весьма необычно, а возможно, даже и не вполне пристойно, если бы я обратился в Комитет с просьбой в отношении района, где меня официально нет».

«Предлагаете мне просто сдаться?»

«Вовсе не хочу отбить у вас интерес к этому делу, просто объясняю, что связаться с Комитетом будет непросто...»

Это сложно назвать образцом доступного и ответственного управления...

«Но если вы располагаете критически важной информацией, возможно, для вас сделают исключение. На вашем месте я бы постарался связаться с ними через боевой корабль Коалиции „Стрелец“».

«Почему для разговора с Комиссией мне надо связываться со „Стрельцом“?»

«Понимаете, „Стрелец“ — это не только артиллерийская платформа, но также и центр связи разведывательных сил Коалиции и коммуникационной инфраструктуры Ревашоля...»

«Стоп, что еще за боевой корабль Коалиции?»

«Офицер? Вы хотите сказать, что не замечали огромный аэростат Коалиции, мирно патрулирующий небо над Ревашолем?»

Вслед за его взглядом ты смотришь на запад. Чуть выше линии горизонта маячит странный силуэт...