В маленькой конторке за старым военным госпиталем склонился над освещенным зеленым светом лампы столом полицейский по имени Ханс Блау. Он просматривает тестовый экземпляр своего журнала для футуристов под названием «Футурист». Заголовок набран таким маленьким шрифтом...
Тебе удалось найти с этим человеком что-то общее и даже произвести на него впечатление. Но в следующий раз когда будешь смотреть в зеркало... вспомни эти слова.
«Отпад! Похоже, я в тебе ошибался. Все-таки, копы в наши дни не отличаются поэтическими наклонностями».
«Я рад встретить коллегу-поэта — того, кто ценит настоящий текст. Остальные тут... понимаешь, они на самом деле не врубаются».
То есть ему хватило наглости заявить, что копы обычно тупые, — и это после того, как он сам отчитал тебя за предвзятость? И что, ты спустишь ему с рук такое лицемерие?
«Да... что ж, я должен извиниться за то, что думал иначе. И скажу еще раз: отпадный стих», — он показывает тебе большой палец.
«Да, я тебя хорошо понимаю. Когда слова складываются, мир не кажется таким уж беспросветным местом. Хорошо, что мы с тобой на одной волне», — он показывает тебе два больших пальца.
«Это неважно. С хорошими стихами так иногда бывает — они эфемерные. Пусть по тебе этого не скажешь, но у тебя изрядный литературный вкус. Может, для тебя еще не все потеряно!»
Нет. Просто нет. Я уже вижу, что это отстой, так что прекращаю немедленно. Пока у тебя не появится хороших стихов, не будет никаких.
У этого малого изрядная сила воли. Если честно, он один из немногих интеллектуалов, которым я доверяю.
Лучший стих? Да тут даже плохих стихов нету. Одно перекати-поле да пятна от выпивки... стоп, нет! Что ты ТВОРИШЬ?
(Продолжить.) «Я больше никогда не буду прежним. Она всегда где-то рядом. На хуй дело. На хуй всё. Полный мрак».
«Да... — он не знает, что сказать, так что просто повторяет: — Да-да, я понимаю. Это твой текст, он из твоей жизни. Пусть шершавый, зато правдивый. Так что... спасибо, дружище».
«Да. И от меня тоже благодарность — за то, что прекратили, — он глядит на тебя. — Вы помните, что у нас дело о наркоторговле? Может, им и займемся?»
«Да. И от меня тоже благодарность — за то, что прекратили. Вы помните, что у нас дело об убийстве? Может, им и займемся?»
«Ты знаешь что-нибудь о мертвеце? Том, что болтается за гостиницей?» (Махнуть в сторону двора.)
«Он не из водителей, я точно знаю. Шофера все на месте. А так я особо не интересовался. Я торчу тут — теряю время и веду бурную деятельность».
«Анализирую фундаментальные структурные и психологические последствия прозябания посреди моря грузовиков и их унылых и подавленных шоферов».
«Да ничего, — улыбается он. — Просто шучу, дружище. Не обращай внимания на мою пустую болтовню».
С разочарованным видом он скрещивает руки на груди и отворачивается.
«Ха! Да нет, дружище, это же шутка, — ухмыляется он. — „ФАЛН” — это честный и чистый бизнес. Сейчас у меня груз спортивных товаров. Ну, тренировочные костюмы и все такое прочее».
«Их обычно отправляют в Граад и Окцидент. Хотя в последнее время мы активно осваиваем ильдемаратский рынок».
«Мы с тобой, конечно, друзья, но я не могу просто так раздавать из грузовика товары. Начальство не обрадуется.
Эмпатия
Техника
Логика
Болевой порог
Грубая сила
Энциклопедия
Внушение
Скорость реакции
Электрохимия
Восприятие (обоняние)
Стойкость
Трепет
Самообладание
Сумрак