Разговор · Пролетарка

«О...» Она касается шеи; ее глаза бледнеют жемчужинами в морской воде.

«О... — повторяет она. — Но он совсем недавно...» Она глядит на кухонный стол, где в пепельнице еще осталось два окурка.

Но он совсем недавно был здесь. Живым.

«Мы понимаем, что для вас это огромное потрясение. Знайте, что мы с напарником, — он показывает на тебя, — готовы ответить на все ваши вопросы. Не спешите».

«Как это случилось?» — она поворачивается к тебе. Ее шея и лицо покрываются красными пятнами, двойной подбородок дрожит.

«Это был несчастный случай. Он провалился в дыру в настиле и ударился головой».

«Он был пьяный?»

«Да».

«Ясно... — она подается назад, словно пытаясь вообразить себе картину. — И вы... просто нашли его? Он валялся на улице?»

«Сколько он там лежал?»

Если ты скажешь «может, пару дней», то это навсегда отпечатается в ее памяти.

«Может, пару дней».

Она моргает, и ее глаза наполняются слезами. Она пытается нашарить что-то в карманах платья.

Платок!

(Ничего не говорить и просто дать ей платок лейтенанта.)

Слабая, испуганная улыбка появляется у нее на лице, и она берет платок, чтобы вытереть слезы. Похоже, она совершенно растеряна.

«Мы можем кого-то к вам позвать? Подругу, родственника — кого-то, кто с вами посидит?»

«Нет, нет... — шумно вдыхает она. — Мне ведь еще девчонкам надо сказать...» Воздух вдруг со свистом вырывается из ее легких.

Жжет, словно кислотой.

Это что-то нереальное.

«Господи... Позвонить им, что ли? Сказать, чтоб шли домой?»

Нет. Через день.

«Нет. Выделите себе день, чтобы прийти в себя. А завтра, когда они вернутся, вы будете готовы».

«Да... наверное, так правильно. Спасибо», — она кивает, но лицо ее искажено гримасой горя.

Она так долго не выдержит. У нее уже крутит живот. Скоро ей придется пойти в ванную — и там дать волю крику.

«Скажите... а что мне дальше-то делать? Где он? Хоть взглянуть на него можно?»

«Его забрали в городской морг. В ближайшее время с вами свяжется коронер, чтобы устроить похороны. Вот его номер — если вы захотите раньше с ним поговорить». Он отдает ей карточку, на которой указан телефон морга.

Сработано славно.

«Скажите, РГМ может еще чем-то помочь вам?»

«Нет... Я позвоню, если что-то надо будет. Я еще пока...» — она трет лицо, проводит пальцами по онемевшим щекам.

«Спасибо, — опускает она глаза. — Спасибо, что сказали. Я позвоню, если...» На этих словах у нее кончается дыхание.

Это последние оставшиеся у нее запасы сил. Скоро мускулы откажут. Она уже начинает трястись.

«Еще раз соболезную».

Лейтенант кивает женщине, потом снова оборачивается к тебе и понижает голос: «Надо выйти и поговорить».

[Положить рядом с ней читательский билет и выйти из комнаты.]

...

Ты знаешь ответ. Странно, но ты просто его знаешь.

«Мы забрали его в городской морг. В ближайшее время с вами свяжется коронер, чтобы устроить похороны. Если у вас будут вопросы, звоните в РГМ в любое время».

«Ясно. Ну, спасибо, что... что сказали», — она трет лицо, проводит пальцами по онемевшим щекам.

Сработано славно. Пора уходить.

«Спасибо, что сказали, начальник...» — она опускает глаза.

Это последние оставшиеся у нее запасы сил. Скоро мускулы откажут. Она уже начинает трястись.

«Еще раз скажу, что очень сочувствую вам». [Положить рядом с ней читательский билет и выйти из комнаты.]

«Да, они должны знать. Хотите, мы им позвоним и попросим прийти?»

«Да что там, я сама позвоню, просто...» — она снова вздыхает, держась за левую часть груди, словно от боли.

«Мы можем кого-то к вам позвать? Подругу, родственника — кого-то, кто с вами посидит?»

«Вот, возьмите». (Дать ей платок лейтенанта.)

«Да... спасибо...» Слабая, испуганная улыбка появляется у нее на лице, и она вытирает слезы. Похоже, она совершенно растеряна.

Не давать ей платок лейтенанта. Он слишком особенный.

Женщина вытирает лицо рукавом, и ей удается выдавить слабую, напуганную улыбку. Похоже, она дезориентирована.

«Вот», — Ким достает свой платок и протягивает женщине. Она кивает и медленно вытирает слезы.

«Платок потеряла», — пытается улыбнуться сквозь слезы она, а потом растирает их ладонями по лицу, как ребенок.

«Сейчас сложно сказать».

«Вряд ли очень долго».

«Мы пока не знаем, но сообщим вам, когда получим результаты».

«Да, алкоголь мог сыграть свою роль».

«Пока еще рано говорить, но на первый взгляд выходит, что он поскользнулся и ударился головой».

«Понимаю, это для вас огромное потрясение. Знайте, что я готов ответить на все ваши вопросы. Не спешите. Я останусь здесь».

Господи, мне что, просто взять и выпалить, что он умер?..

Да. Это самое важное. Используй это слово.