Разговор · Сын Лильенн

Почему он такой зануда? Это ведь просто смешное слово!

Теперь ребенок выглядит не таким радостным.

«Такого мы не слышали. Мы слышали другие плохие слова...»

«Это тайна. Вам придется самим ее раскрыть».

«Ох...» Мальчишка встревоженно поглядывает в сторону пристани, высматривая свою мать.

«Такого мы не слышали. Мы слышали другие плохие слова...»

«Это плохое слово. Худшее из плохих».

«Ох...» Мальчишка встревоженно поглядывает в сторону пристани, высматривая свою мать.

Распусти язык, братишка! Пусть весь город услышит старое доброе «хуй»!

«Плохие слова? Считать слова рабочего класса плохими — буржуйское мышление».

«Бур... какое? — Мальчик легонько бросает свой камушек в каменную башню, но промахивается. — Это тоже плохое слово?»

«Нет, я сказал это ради шутки».

«Я не понимаю, что тут смешного...» — хмурится мальчишка.

«Буржуйское? Да. Одно из худших, малыш».

«Не говори больше плохих слов!» — хмурится мальчишка.

«Ладно. Что случилось?»

«Ладно, ребятня, расскажите дяде Киму про голоса».

«Про те, что говорили плохие слова? — Мальчик пожимает плечами. — Ладно. Там было что-то вроде...» Он чешет затылок и вдруг вспоминает.

«Ну вот и настал тот час, мои грязные спидпанки! Наш братуха вот-вот засияет!»

«Дебютный сингл нашего заводилы диджея Флацио уже в эфире! Пристегните ремни, потому что это самая быстрая дурь в вашей жизни!»

«Врубайте звук на максимум, пусть колонки долбят! Представляем вашему вниманию...»

«Понятно. — Несмотря на спокойный тон, лейтенант широко распахивает глаза от удивления. — Спасибо. Детектив, я хотел бы с вами поговорить, когда закончите».

Мальчик берет в руки камень, а после — еще один. Он смотрит на тебя, затем моргает.

«Вас, ребята, друг от друга не отличить».

Один из братьев кивает, второй смотрит на него и пожимает плечами.

Любитель попинать камни внезапно впадает в беспокойство, как будто очевидный факт, который ты только что озвучил, — это что-то пугающее.

«Он похож на меня», — произносит второй.

«Пока». [Уйти.]

«Да, это я и сказал».

Мальчишка не отвечает. Его брат отправляет в полет следующий камень. Волосы у них обоих вымазаны в какой-то грязи.

Любитель камней просто стеснялся, но теперь снова оживился.

«Вы не умеете общаться с детьми», — с нескрываемой радостью в голосе замечает лейтенант.

«Да, так и есть».

«Не переживайте, никто не умеет». Он смотрит на мелкого растрепу, а потом на тебя. «Может, займемся работой? Здесь мы ничего не добьемся».

«С детьми невозможно общаться, они слишком тупые».

«В этом вы правы». Он смотрит на мелкого растрепу, а потом на тебя. «Может, поищем что-нибудь, что действительно поможет нам с расследованием? Здесь мы ничего не добьемся».

«А у тебя, что, есть медаль „Лучший друг детей“?»

«Может и есть, — ухмыляется он. — А теперь, почему бы нам не заняться настоящей полицейской работой? Здесь мы ничего не добьемся».

«Дети тупые».

«Может, это ты тупой!»

«Не говори так, он по-лиии-сей-ский ооо-фи-сер», — шепчет ему брат.

«Ха-ха», — смеется лохматый мальчуган, будто соглашаясь с тобой.

«Ты тупой», — неожиданно серьезно произносит второй, обращаясь к брату.

«Пожалуй, я пойду. Просто пойду и не буду больше с вами разговаривать». [Уйти.]

Еще секунду назад один из мальчишек смеялся. Теперь он увлекся какими-то манипуляциями со своей губой и дыркой между зубами.

Похоже, ему грустно от того, что ты уходишь, или... да кто знает, на самом деле?

В его поступках нет никакой систематичности.

«Пока». [Уйти.]

«Ты какой-то чудной!»

«Ты тупой», — смертельно серьезно повторяет второй мальчишка.

Ты давным-давно позабыл язык, на котором следует общаться с детьми.

«Ладно. Сможете ответить на вопросы дяди полицейского?»

«Хорошо», — растрепанный малец смотрит на тебя прищурившись.

«Пока». [Уйти.]

«Вы, должно быть, близнецы Лильенн».

«Ага. Лили — наша мама», — произносит один из близнецов.

Один из мальчиков молча пинает асфальт ногой в поношенной кроссовке.

«Лили — наша мама», — объясняет второй, все так же высунув язык.

«Пока». [Уйти.]

«Это я и сказал».