Разговор · Повешенный

«Но вы же понимаете, что ботинки насквозь пропитались трупным смрадом?»

«Как и мои штаны».

«В этом вы правы, детектив. Это так, но...» Лейтенант постукивает по ботинку.

«Разве их нельзя просто отмыть?»

«Для этого их пришлось бы прокипятить в кислоте. Кроме того...» Лейтенант постукивает по ботинку.

«Ты прав, об этом я не подумал. Поддался порыву».

«Все дело в этой истории с полицейским управлением. В том, что хорошие парни гибнут. Я хочу защитить их».

«Хорошо, допустим. Вы хотите защитить ноги шести мертвых людей. Похвально. Вот только...» Лейтенант постукивает по ботинку.

«Мы что, не детективы, что ли? В этом ботинке могут быть улики».

«Какие еще улики вам нужны, вы ведь уже нашли номер? Кроме того...» Он постукивает по ботинку.

«Может, нам лучше сосредоточиться на том, что снаружи этого ботинка, а то, что внутри, — оставить ребятам из морга? Хотя бы в этот раз? Кроме того...» Он постукивает по ботинку.

«Так можно и голову оторвать, да?»

«Да, именно об этом я и говорю. Сделав это, вы усложните работу судмедэксперта. Так что не надо».

«Что сделать?»

«Оторвать ему голову. Если вы это сделаете, смысла в аутопсии уже не будет, труп будет непригоден для судмедэкспертизы».

«Ой, это плохая идея, да?»

«Вы же ему так голову оторвете».

«Что?»

«Даже этим щенкам понятно, что вы ему так голову оторвете».

Отпустить ботинок.

«Да чё с тобой не так, мудила? Куно, почему он остановился?»

«Не знаю, детка. — Куно пожимает плечами. — Не знаю, чё он такой п***р».

«Офицер, могу я поинтересоваться, чего вы пытались добиться, потянув погибшего за ногу?»

Лучше даже не пытаться.

Сабатоны болтаются на разлагающейся плоти — они-то из синтетического материала; они вечны.

«А что случилось с остальными частями брони?»

Он кивает. «Это всё, что осталось. Он здесь уже семь дней висит: было бы странно, если б не растащили».

«Нужно поискать другие части брони. Это может дать новую информацию. — Он кивает на рыжего пацана, который с подозрением наблюдает за вами: — Этот может что-нибудь знать...»

Такая броня помогла бы защитить твою смертную оболочку.

«Понятно».

Сабатоны болтаются на разлагающейся плоти — они-то из синтетического материала; они вечны.

«Может, у него из брони были только эти ботинки?»

«Не думаю. У него под одеждой было что-то ценное, ради чего им пришлось снять с него джинсы, которые мы нашли в мусоре. Броню такого типа часто надевают под одежду».

Логично. Хорошо.

«А что, если они приказали ему раздеться, прежде чем повесили? Чтобы унизить?»

«В таких случаях они обычно раздевают догола — Ла Пута Мадре, Мазда, „бессмертные“ и прочие. А наш повешенный остался в трусах».

«Эй, мудак, ты чё меня игнорируешь, а?»

«Куно, вся эта херня с ботинками просто суперунылая, а эти двое — полные vittupää».

«Чё, бля, за разговоры про труселя...»

Совершенно очевидно, что Куно очень хочет внести свой вклад в беседу, но ему не за что зацепиться.

«Может, он вообще ходил без одежды? Вот как сейчас».

«Дельная мысль. Возможно, он был пьян. Или с ним случилось еще что-то, о чем мы не подозреваем... Мне не стоило делать такие далекоидущие выводы исключительно по одежде».

Это что сейчас было? Неужели ты только что впечатлил лейтенанта неинтуитивной догадкой?

Впечатлил. Иначе тот не стал бы говорить, что это дельная мысль. Значит ли это, что ты очень хороший детектив? Возможно.

«Нет. Должно быть, под одеждой у него было что-то ценное, ради чего им пришлось его полностью раздеть. Не просто же так они стянули с него эти вонючие лохмотья».

«Тогда где вся его остальная одежда? Видишь ее где-нибудь?»

«Кто-то мог убрать ее со двора. Но это вопрос к... рыжему».

«Я тебя слышу, п***р. Хуйню всякую про Куно™ сочиняешь. Иди сюда, скажи это Куно в лицо!»

«Куно, иди на хер!»

«Хочешь меня на хер присадить, а? Хочешь ТРАХНУТЬ Куно™?»

Не обращай внимания. И не говори ничего. Твоя задача — осмотреть тело.

«Я тебя слышу, п***р. Хуйню всякую про Куно™ сочиняешь. Иди сюда, скажи это Куно в лицо!» — во всю глотку орет пацан.

От чего? Разве моя смертная оболочка нуждается в защите?

Да. Пули полетят — они всегда это делают. А оболочка мягкая, мясная и пробиваемая. Закуй ее в керамический панцирь. Окажи смерти сопротивление.

Хилая? Пробиваемая? Стальная, крепкая и полная жизненных сил! Закуй меня в керамическую броню, но лишь для порядка. Она мне пойдет... привлечет ко мне должное внимание.

«Нужно поискать другие части брони. Это может дать новую информацию. — Он кивает на рыжего пацана, который с подозрением наблюдает за вами: — Может, он что-нибудь знает?»

«Возможно, местные растащили. Было бы странно, если бы на нем еще что-нибудь осталось: семь дней прошло».

«Такой материал выглядит здесь неуместным».

«Так и есть. Он дорогой». Лейтенант проводит указательным пальцем линию на покрытой росой броне.

«Мы уже несколько лет пытаемся заказать аналогичные материалы для наших тактических подразделений. Полицейское управление сочло это слишком затратным. За это время мы потеряли в перестрелках уже шесть человек».