Разговор · Ким Кицураги

«Был бы признателен, если бы вы не втягивали нас в ситуации, где я могу быть вынужден стрелять в случайных гражданских. Это не приблизит нас к цели».

«Детектив, по поводу того, что сказали близнецы...»

«Где это мы?» — во все глаза смотрит лейтенант на пыльный спортинвентарь.

«По-моему, у нас получилось...» — шепчет лейтенант, кинув короткий взгляд на подозреваемого.

«Так. Что, по-вашему, тут делают компьютер, доска и камин?»

«Да?»

«Думаю, тебе следует знать, что я ничего не помню».

Молчание. Он лишь поднимает бровь.

Он не может это осмыслить. Даже поверить в это.

«Ладно, проехали».

Повисает молчание. Лейтенант косится на спортивные часы у себя на запястье.

«Я правда ничего не помню. Имело место пьянство».

«А вы не пробовали думать о чем-то кроме своих личных дел?»

Что-то неожиданно резкое слышно в его голосе. Будто его достало слушать про твои «личные дела».

«А что не так с личными делами?»

«Не поклонник. Такова уж жизнь лейтенанта».

В РГМ используют так называемый деконтаж — собственную иерархическую систему. Каждый лейтенант отвечает за двух сержантов и восьмерых офицеров. Иными словами, лейтенанты постоянно тонут в чужих личных делах. Это даже ты знаешь.

«А о чем мне думать?»

«Попробуйте о работе. О текущем деле. Творит чудеса».

«Понял». (Не спорить.)

«Сконцентрируйтесь на проблемах других людей. Не своих. Станет легче».

Сердце ударяет дважды, как кулак. От нехватки серотонина сжимаются зубы.

Промолчать.

Лейтенант косится на электронные часы.

«Спасибо, о мудрейший».

Лейтенант моргает, замерев и слегка приоткрыв рот. Проходит микросекунда.

«Простите за нотации. Это я зря. Если вам нужна медицинская помощь, обратитесь к врачу».

Ему уже указывали на эту манеру поучать других. Огрызнувшись, ты не упал в его глазах — он пытается бороться со своей склонностью.

«Простите за нотации. Это я зря. Если вам нужна медицинская помощь, обратитесь к врачу. Можете связаться с лазаретом вашего участка по радио у меня в „Кинеме“».

«Боюсь, это уже медицинская проблема». (Сменить тему.)

«Да ну? — Лейтенант смотрит на вас с видом медика, оценивающего серьезность повреждений. — Выглядите нормально».

«Я чрезвычайно серьезно травмирован».

«Вся эта психическая мелодрама не к лицу офицеру».

Он явно предпочитает думать, что ты симулируешь. Ему не вообразить, что человек в состоянии так напиться, чтобы стереть всю свою жизнь.

«Ну ладно».

«Она не психическая. У меня какая-то травма мозга. Беспрецедентного масштаба».

«Вы можете снова связаться с лазаретом вашего участка по радио у меня в „Кинеме“. Хотите обсудить еще что-нибудь?»

«Тогда вам стоит обратиться к врачу. Можете связаться с лазаретом вашего участка по радио у меня в „Кинеме“. Хотите обсудить еще что-нибудь?»

«Мы имеем дело с серьезным повреждением нервной системы».

«Но у меня нет даже базовых знаний об этой вот организации, к которой мы принадлежим. Поможешь?»

«Ладно. Но сперва надо прожить этот день. Работа заканчивается в 21:00. Если к тому времени еще останутся вопросы, я вас сориентирую».

«М-м-м. Хочу поговорить о тебе».

«А именно?»

«На тебе очки».

«Воистину».

А значит, он очкарик. Вообще не для работы копом контингент, уж поверь (а себе ты веришь).

«Не знал, что очкариков пускают в копы».

Лейтенант вспыхивает. «Заверяю вас, детектив, что в прошлом году прошел все необходимые врачебные осмотры. А вы?»

Ты, может, и не помнишь никаких осмотров, но силен как бык, мать его. Это и без очков видно!

Штука в том, что в РГМ служит относительно немного быков. Чего лейтенанту недостает в мышцах, он явно компенсирует как-то иначе.

(Поиграть бицепсом.) «Зацени. Я создан крушить черепа и раскрывать дела».

«Если у вашего участка репутация крушителей черепов, это не значит, что дела нельзя раскрывать иначе... Что-нибудь еще?»

(Вдумчиво погладить подбородок.) «Всегда верил, что разум сильнее материи».

«Рад слышать. Не терплю стиль расследования „членом по столу“. Дела раскрывают терпение и интеллект... Хотите обсудить что-нибудь еще?»

(Не буду звать его очкариком.) «Очки — круто».

«Да ну? Просто неудобно».

Тебе бы и самому не помешала парочка нормальных.

Тебя слегка тянет подъебнуть этим лейтенанта, но тестостерона в тебе недостаточно.

(Это точно.) «Ну, типа, очки — это круто».

«Просто заметил».