Разговор · Воскресный друг

«Отлично, тогда дальше мы сами».

«Очень хорошо. Вы хотели обсудить со мной что-то еще?»

«На самом деле я думаю, там что-то серьезное. Вроде промышленного шпионажа».

«Гипотетически».

«Я собираю комитет для распределения la responsabilité».

«Друг мой, по поводу la responsabilité. У меня для вас хорошие новости: вам не нужно собирать комитет, потому что он уже существует!»

«Comité de Responsabilité Ревашоля. Это своего рода координационный центр деятельности Коалиции. Простыми словами, именно члены комитета отвечают за la responsabilité в этой части мира...»

Да, именно такое ведомство ты и разыскиваешь!

«Я бы и сам вас связал с комитетом, но, к сожалению, на самом деле нахожусь не в Мартинезе».

Что? А где он тогда?

Ты так и знал, что с ним что-то не так! Он — астральная проекция, фантом!

Не в буквальном смысле. Он не в Мартинезе официально.

«Понял. Вы здесь по личному делу».

«Précisément. Формально я все еще в Дельте, готовлюсь к конференции по нефтяным деривативам...»

«Поэтому было бы весьма необычно, а, возможно, даже и неприемлемо, если бы я обратился в комитет с просьбой в отношении района, в котором меня официально даже нет».

«То есть ты предлагаешь мне просто сдаться?»

«У меня нет ни малейшего намерения вас обескураживать, я просто хочу сказать, что связаться с комитетом будет не просто...»

Это сложно назвать образцом доступного и ответственного управления...

«Но если вы располагаете критически важной информацией, возможно, для вас сделают исключение. На вашем месте я бы постарался связаться с ними через боевой корабль Коалиции „Стрелец“».

«И как связаться с боевым кораблем Коалиции?» (Продолжить.)

«Это довольно непросто. У „Стрельца“, естественно, есть распоряжение стрелять на поражение при приближении любого другого воздушного судна. Так что безопаснее всего устанавливать связь с земли...»

«Но в этом случае вам понадобится радиопередатчик, способный настроиться на частоты Коалиции. А такие технологии обычно недоступны простым смертным. Да, задачка не из легких...»

«Полагаю, можно как-то получить доступ к частотам, но для этого понадобятся радиовзломщики».

«Знаете таких?»

«К сожалению, нет, не имею такого удовольствия. Я всего лишь скромный представитель Коалиционного правительства и не особенно искушен в технологической сфере...»

«Хм. Вполне возможно, что программистка в церкви сможет нам помочь...»

«Позвольте только заметить, что я нисколько не сомневаюсь в РГМ. Вы несомненно что-нибудь придумаете».

Вполне возможно, что программистка в церкви сможет тебе помочь...

«Хм. Может быть, ваши юные друзья из палатки смогут помочь?»

Может быть, твои новые друзья из палатки смогут помочь?

«А, хорошо. Технари. Именно этого нам не хватало...»

Ты что-нибудь придумаешь. Что-то тебе подсказывает, что нужный человек есть на побережье...

«И что же мне делать?»

«Это, друг мой, ваша responsabilité. Я не могу забрать ее у вас, а вы не можете никому ее передать...»

«А это... законно?»

«Несанкционированные манипуляции с радиочастотами — дело очень серьезное с точки зрения безопасности. Но никакого специального закона, запрещающего подобные действия, на данный момент не существует. По крайней мере, в Ревашоле...»

«Почему для разговора с Комиссией мне надо связываться со „Стрельцом“?»

«Понимаете, „Стрелец“ — это не только артиллерийская платформа, но также и центр связи разведывательных сил Коалиции и коммуникационной инфраструктуры Ревашоля...»

«Погоди-ка, они за нами наблюдают?»

«И прослушивают! У корабля самая выигрышная наблюдательная позиция во всем городе. Не говоря уже о том, что на борту большое количество радио-, фото- и метеорологического оборудования...»

«Меня чрезвычайно успокаивает мысль о том, что за всем наблюдают дружелюбные силы в полном соответствии с Законом путника и Бристельмюнскими конвенциями».

Бристельмюнские конвенции — это ряд международных договоров, регулирующих взаимоотношения военного контингента и гражданского населения на территории военных действий, а также на оккупированных территориях. Но о них больше говорят, чем соблюдают.

«Минутку, какой еще боевой корабль Коалиции?»

«Офицер? Вы хотите сказать, что не замечали огромный аэростат Коалиции, мирно патрулирующий небо над Ревашолем?»

Ты смотришь из окна в северном направлении. Там, далеко, чуть выше линии горизонта завис какой-то странный силуэт...

Тебе он напоминает какую-то продолговатую металлическую рыбу, подвешенную за потолочные вентиляторы...

Не просто рыба. Корабль движется будто древний хищник, обозревающие свои придонные владения в поисках добычи...

Пусть наружность тебя не обманывает. Это чертова машина для убийства, и тебе нечего ей противопоставить!

По твоим оценкам, он где-то в четырех с половиной километрах отсюда.

«Потрясающе. Очень воодушевляет».

«Правда ведь? Настоящее торжество технической мысли и международного сотрудничества. Я лично чувствую себя гораздо спокойнее, зная, что он там. Наблюдает за нами».

«Выглядит как машина для убийства».

«Ну ведь это действительно тяжеловооруженный бронированный боевой корабль — полностью укомплектованный. Но уверяю вас, его единственное предназначение — поддерживать мир, а не нарушать его...»

«Похож на рыбу».

«Очаровательно. Мне он всегда казался больше похожим на стрекозу. Правда любопытно, что человечество всегда находит вдохновение в природе?»

«Ха. Не могу поверить, что не замечал его раньше».

«В этом частично и состоит замысел. Коалиция не желает, чтобы жители Ревашоля думали, что находятся в военной оккупации. Поэтому „Стрелец“ всегда соблюдает безопасную дистанцию...»

Ты оглядываешься по сторонам, но ничего необычного не замечаешь. С другой стороны, зрение у тебя не самое острое...

«А, ну да. Стрелец. Мне показалось, ты сказал... что-то другое».

«Что ж, хотя бы так. Было бы крайне странно, если бы вы никогда раньше его не замечали...»