Разговор · Лена, жена криптозоолога

«Ах, зайка, если б все было так просто. Но увы. Морелл так хотел верить, что моя история — доказательство существования фазмида...»

«Но... Морелл сказал, вы его видели».

«Он так этим гордится. Всем постоянно рассказывает...»

«Забудьте».

«Ладно... — Она оглядывается. — Мне тоже уже почти пора. Кажется, тут от меня нет больше проку...»

«Вы потеряли надежду найти фазмида».

«Я... сомневаюсь, зайка. Вот и все. Все иногда сомневаются».

«Сомневаетесь? В чем?»

«Вы... ведете себя так, будто я на вас нападаю».

«Я передумал. Я все-таки помогу вам найти мужа».

«Так ваш муж — ученый?»

«О да, — в ее голосе слышится гордость. — Зоолог. А конкретнее — криптозоолог».

«Что такое криптозоология?»

«Это псевдонаука, пытающаяся легитимизировать исследования мифологических существ и городских легенд». Лейтенант настроен скептически.

«Да, есть такое мнение. Все имеют право на свое мнение...»

Она привыкла легким тоном отвечать на подобные оскорбления, но ее все равно задевает.

«Прошу прощения. Не хотел принизить ваше хобби».

«Это не хобби, золотко. Это раздел зоологии, изучающий виды животных столь редкие, что некоторые считают их вымершими или даже вымышленными...»

«Искать такие виды — их называют криптидами — занятие сложное и неблагодарное. Положа руку на сердце, многие ученые просто ленятся этим заниматься. В наше время университеты не особо поддерживают настоящую науку».

Качество исследований ревашольских университетов и правда в последние годы падает, но ты сомневаешься, что академические элиты когда-либо принимали криптозоологию.

Она полностью интернализировала проблемы мужа. Сделала своими.

«Это просто раздел зоологии, изучающий виды животных столь редкие, что некоторые считают их вымершими или даже вымышленными...»

«Оказывается, шлюз был сломан — вероятно, ваш муж просто застрял на том берегу. Но теперь, когда все починили, он должен вернуться».

Ее глаза сияют. «Какие прекрасные новости!»

«Спасибо, золотко. Ты сделал уже так много... но если следствие заведет тебя на тот берег, пожалуйста, посмотри — вдруг отыщешь моего супруга!»

Конечно. Действуй. Кто знает, какие тайны нас ждут?

Жажда знаний неутолима!

«Я положил приманку в пустую ловушку... Где Морелл?»

«Спасибо, золотко». Она через силу улыбается.

Улыбается она устало. Прежний энтузиазм ее покинул.

«Мореллу все еще нехорошо. Я убедила его остаться у Гэри и отдохнуть. — Она смотрит на свои руки. — Боюсь, он все же перемерз».

«Оно и к лучшему. Там, в тростнике, чертовски холодно».

«Прости, золотко, я столько тебя по ним гоняю! Но такова уж полевая работа — дело, как говорится, молодых».

Голос дрожит ее; в чем дело?

«Но... кто тогда будет проверять ловушки?»

«Морелл — когда-нибудь. Или, может, убедим Гэри туда вернуться...»

Лейтенант смотрит на свой ботинок — весь в засохшей грязи — и молчит.

«Я этим займусь». (Взяться.)

«Это правда чересчур, зайка. Спасибо тебе большое за заботу, но я же вижу, что ты и сам уже начинаешь кашлять».

В жопу кашель. Не бывать ему. Изнутри твои легкие покрыты толстым слоем табака — мощного антибактериального средства. Ты неукротим.

Очень странно... почему она тебя не пускает? Будто сдалась.

«Удачи. Я своих насекомых уже отловил».

«О, зайка, я все понимаю. Поверь мне, оно и к лучшему. И спасибо тебе огромное за все, что ты для нас сделал», — кивает она с печальной улыбкой.

Очень странно... такое чувство, что она бы тебя не пустила, даже вызовись ты. Почему?

«Что ж снова на амбразуру!» (Взяться с неуместным оптимизмом.)

«Что-то мне подсказывает, что снова я».

«Нет, — говорит она — теперь твердо. — Не нужно себя утруждать. Хватит этих побегушек, Морелл вполне справится. Или Гэри. У вас есть работа. Я и так потратила много вашего времени».

Будем честны: никакой Гэри тебе с этим не поможет.

Ты уже столько сделал. Нельзя теперь бросить бедных саранчат. Они ждут свой призрачный тростник — но никто не увидит, когда он придет...

«Он сдается — а я продолжаю бегать?»

«Прости, золотко. Это все я — заставила его сидеть дома. Он в этом такой упрямый... спасибо хоть кашель не дал ему со мной спорить».

«Остались только хардкорщики, м?»

«Да, — осторожно улыбается она. — Как говорится, полевая работа — дело молодых...»

«Расскажите побольше о редком насекомом, которое ищет ваш муж».

«Ох, зайка, это совершенно захватывающее существо... — Она обрывает себя. — Но не хочу утомлять тебя энтомологическим занудством».

Лейтенант бросает на тебя косой взгляд.

«Но я хочу послушать про насекомое».

«Ну, — с сомнением отвечает она, — строго говоря, это представитель семейства привиденьевые, но...»

Ах да, привиденьевые — phasmatodea. Обширная группа насекомых, чьи тела напоминают палочки, листики и всякое такое. Их еще называют листовидками или палочниками.

Так-так-так! А вот и интересненькое.