Без эффектов мыслей; могут действовать другие условия диалога.
709 · Реплики навыка
В переулке за Буги-стрит человек в грязном комбинезоне выходит из мастерской покурить. Руки его покрыты синяками, пятнами машинного масла и грязью. Он выпускает из ноздрей дым и закрывает глаза. Эти пять минут — его и только его.
Мраморные статуи плакальщиков до сих пор окружают разграбленную гробницу короля... Унылый холодный ветер гоняет обертки от конфет и старые газеты.
Где-то на грани слышимости раздается звон бьющейся бутылки. «Пиздюки!» — орет мужской голос. Потом — скрип кроссовок по мостовой, женский крик «Поймала!» и до боли пронзительный смех...
В вышине кружат две чайки. Ты смотришь вверх и думаешь: «Правда? Или остался четвертый прототип, скрытый в склепах под Коул-Сити?..»
Остров на реке Эсперанс, маленькая женщина — кожа да кости — сидит в комнате, заполненной радиооборудованием. В ее очках отражаются тысячи крошечных огоньков — словно звезды во тьме.
Тебя пробирает озноб, когда ты смотришь налево, в эту тишину.
Беги. В церковь. Домой. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Даже не думай звонить ей снова.
Ветер гонит по треснувшим плитам пустую бутылку. С севера доносится недобрый детский смех...
На террасе модного ресторанчика с бизнес-ланчами в центре Дельты — Les Fruits de Fond — подается закуска из устриц и слышится перезвон бокалов. Кто-то никак не выберет, что заказать. Кто-то советует севиче. Кто-то смотрит на другой берег бухты, приставив ладонь ко лбу козырьком...
Когда она уходит, поднимается ветер, а солнечный свет будто блекнет. Вдалеке призывно возвышается силуэт полуразрушенного здания «Фельд Электрикал НиР».
Когда она уходит, поднимается ветер, а солнечный свет будто блекнет. Вдалеке призывно возвышается силуэт полуразрушенного здания «Фельд Электрикал НиР».
Нет. Коул-Сити паршивее. Этот обугленный обрубок. Его черные скользкие улицы омывает дождь. А еще в самом сердце Джемрока есть Выгоревший квартал... В этой лавке и правда зябко, или дело в тебе?
Вокруг тебя во все стороны лучами расходится великий Ревашоль. Радиусом 80 километров. Однако главную драгоценность в короне этой изолы все равно едва видно.
Несущийся по свету, орошающий пирс дождем и океанской водой. По твоим венам разливается древнее тепло.
Ряды прилавков под широкой крышей, серебристые горы рыбы, сваленной на газеты. Вода, вода, кругом вода — она льется с небес в тени старой церкви.