Разговор · Сила воли

Эм-м-м... нет, любитель самостоятельно делать выводы. Твои аналитические способности всегда были несколько ограничены. Это не ее вина. И тем не менее...

Боже...

Я знал, здесь что-то не так...

Прости, что не засек этого раньше. Это требует целенаправленного усилия с твоей стороны.

Кого, меня?

Ага, тебя. О тебе говорят, лизоблюд подхалимский.

И о тебе тоже.

Обо мне? Да иди ты! Я в порядке.

Кого, меня?

Да, речь о тебе. Сила есть, ума не надо.

И о тебе тоже.

Обо мне? А я-то что не так сделал?

Кого, меня?

Да, речь о тебе, говнюк изворотливый.

И о тебе тоже.

Обо мне? Да нифига. Я твердо стою на ногах.

Кого, меня?

Тебя, тебя. Речь о тебе, скучнейший из скучнейших.

И о тебе тоже.

Обо мне? Но как такое может быть? Ведь невиновен я ни в чем!

Как и в прошлый раз, взгляд ее светло-карих глаз снова обращен к тебе. Всё как прежде. Ты чувствуешь, как от ее губ поднимается сигаретный дым. Она прекрасна, как...

Не бойся. Мы защитим тебя от ее красоты. Мы будем направлять тебя сквозь рифы и проливы ее личности.

Пронзит наш взор покров обмана. Мессир ведь мудр. И защищен.

Ты получил ответ. На длинных белых костях есть мускулы, которые скрепляют ее конечности — и все это под серебристым комбинезоном...

Мисс Танцовщица Оранская... Ты хочешь положить руку ей на спину, чтобы почувствовать, как она выгибается.

Что... происходит?

Ничего. Обычный ход времени. Не переживай.

Ты не дурак.

Если бы произошло что-нибудь необычное, мы бы тебе сразу сказали.

Воздух проходит по твоим дыхательным путям. Сердце бьется. Ты детектив. Так возвращайся же к работе.

Меня что... пытаются очаровать?

Она прижимает локти к талии и медленно поворачивает голову.

Волосы спадают ей на плечи, издавая тихий, едва различимый шорох...

Отвести взгляд.

Странный момент проходит. Он был краток, не дольше 2,2 секунды.

Она оглядывается, и время замедляется. Остроугольные формы ее лица складываются в усталую улыбку...

«Не то чтобы я хотела об этом поговорить... — Она стряхивает пепел. — Но так и быть».

«Откуда у него в голове взялась пуля?»

«Пуля? — В воздухе повисает тишина. Ее брови ползут вверх и болезненно хмурятся. — Они его еще и застрелили?»

Мессир, не чувствую я театрального притворства. Считаю искренней ту тишину.

«Они сорвали с него одежду, а потом еще и пристрелили его...»

«Хотите сказать, это сделали после того, как повесили?»

«Простите. Я не понимаю».

«Я тоже. Вы знали о том, что в него еще и стреляли?»

«Это не укладывается у меня в голове... Его же вроде повесили? Меня в тот момент там не было. Я не знаю, что произошло. Я знаю лишь то, что они рассказали. И то, что сказала Сильви, барменша».

Так, ты уже тоже начинаешь терять нить происходящего, и нам это не нравится. Где она была в прошлое воскресенье ночью?

«Где вы были, когда это произошло?»

«Тряслась от страха. Внизу, с Сильви».

Ничего не говорить.

Если ты решил сейчас промолчать из вежливости, то зачем вообще было говорить про пулю? Ну ладно, как знаешь...

Сложно сделать какие-либо выводы по поводу ее ответа.

Да она просто устала. Не дави так на нее.

«Хотите сказать, это сделали после того, как повесили?»

«Простите. Я не понимаю».

«Вы знали о том, что в него еще и стреляли? Что пуля попала в рот?»

«Должно быть, вам тяжело... (Показать во двор.) Видеть его таким».

«О да, — горько отвечает она. — Вид просто чудесный. Я вижу его с крыши, из окна в ванной. Во снах...»

Она с горечью соглашается. Ей больно. Ты смотришь на лейтенанта...

Он делает небольшой шаг, чтобы подойти поближе.

«Это вы нам позвонили. В РГМ...»