Разговор · Лена, жена криптозоолога

«Снова здравствуй, зайка». Ее серые глаза поблескивают поверх оправы очков.

«Про ваш значок...»

«Надеюсь, ты смог заложить старую безделушку!» Она искренне улыбается.

«Я решил его не закладывать. Возвращаю». (Отдать значок.)

«Ах, спасибо, зайка. Не буду врать — рада его снова увидеть».

Даже лейтенанта явно радует такой поворот событий.

«Чем еще могу помочь, зайка?»

«Просто хотел еще раз вас поблагодарить».

«Всегда рада, золотко! Жаль, не могу сделать для тебя больше».

«Мне дали за него 3.20. Они ваши. (Отдать деньги.)

«Ох, как заботливо. Тебе точно не нужны эти деньги? Что ж. Спасибо».

Она предпочла бы вернуть значок, но не хочет тебя расстраивать.

«Я его выкупил. Он вам дорог, знаю. Возьмите». (Вернуть значок.)

«Ах, спасибо, зайка. Не буду врать — рада его снова увидеть. Этот поступок делает тебе честь как офицеру».

«А вы, похоже, в кресле».

«Да, солнышко, у меня параплегия».

Параплегия — это паралич нижних конечностей из-за травмы позвоночника. Например, после падения с большой высоты или взрыва гранаты!

«Простите. Невежливо было спрашивать про кресло. Забудем». (Продолжить.)

«Не переживай. Я привыкла к вопросам. И потом, я же понимаю, что все так или иначе об этом думают».

В ее голосе нет горечи. Она давно приняла то, что ее особенность вызывает любопытство.

«Что такое параплегия?»

«Это значит, что у меня не работают ноги. Несчастный случай. Получила травму, что называется, на службе».

«Вы... играли в регби?»

«Ох, нет, что ты. Хотя... — Глаза ее озорно сверкают. — В школе я любила посмотреть, как мальчики играют. Ох уж эти загорелые икры...»

Смутившись собственной прямоты, она краснеет.

«А чем вы занимались?»

«Я была менеджером по обучению и развитию в перспективной компании по продаже обуви по почте».

«Казалось бы, работа неопасная. Но приходилось успевать всюду — и однажды я оказалась под плохо укрепленными лесами».

«Мне повезло. Это было почти двадцать лет назад, и мне выплатили щедрейшую компенсацию. Сейчас о такой можно только мечтать». Ее рука скользит по хромированным колесам кресла.

«Вы... ходили по канату?»

«Нет, зайка, все было куда скучнее. Хотя какая девочка не мечтает вознестись над толпой?»

«Вы... ходили в горы?»

«Нет, зайка, все было куда скромнее. Хотя в юности я мечтала вознести ревашольский стяг над каким-нибудь метафорическим пиком».

«А можно мне параплегию?»

«Уж надеюсь, этого не случится, хоть твоя служба и опасна, и трудна». В ее взгляде теплится восхищение.

Возвышаясь над ней со своими знаками различия, ты даришь ей чувство безопасности.

«А звучит не так и плохо. Сидеть тут в кресле, играть в пинбол...»

«Увы, он сломан». Она стучит по сальному стеклу пинбол-автомата.

(Мрачно кивнуть.) «Кто-то должен этим заниматься».

«Но не ты. Ты вызвался добровольцем. Спасибо за это, зайка».

То есть ты когда-то вызвался добровольцем? Вызвался получать тумаки, прятаться от града пуль? Это весьма в твоем духе...

«Не уверен, что эта работа мне подходит».

«Ты мужчина в самом расцвете физических и интеллектуальных сил. Уверена, найдешь еще и другое призвание!»

«Хм-м, гранаты? Вы воевали?»

«Нет, зайка, я все же не настолько старая. Хоть и пострадала на службе».

«Такое ощущение, будто я воевал...»

«Боже мой! Что же случилось?»

«Кажется, я проиграл».

«То же могу сказать про свой несчастный случай... — Она опускает глаза, потом снова поднимает. — Я была менеджером по обучению и развитию в перспективной компании по продаже обуви по почте».

«Кажется, я победил».

«Спасибо, что разъяснили. Теперь о другом». (Продолжить.)

«Всегда рада». Она кивает и улыбается из-за очков.

«Не уверен, заметили ли вы, но я не знаю, где я и что делаю. Да и вообще ничего не знаю».

«Да, выглядишь ты растерянно... как вспугнутая лиса. Но не может же все быть настолько плохо?» Она следит за твоими движениями не без тревоги.

Что бы ты ни сказал, она не осудит.

«Я так упился, что в прямом смысле потерял память».

«Ох... — Ей требуется время, чтобы осознать твои слова. — Но ты знаешь, где находишься, верно?»

«В кафетерии „Танцев в тряпье“, так? У меня на ключах написано».

«Верно, но где находится кафетерий „Танцев в тряпье“?»

«На так называемом урбанизированном побережье, что бы это ни значило».