Разговор · Гарт, управляющий кафетерием

«Именно. — Он смотрит на тебя. — Но всему свое время. Сейчас криптоисследования не главная наша задача».

Вы еще увидитесь. Ты уверен. Всё это было не просто так.

Увидев твое разочарование, он сдается. «Ладно, хорошо, герой вы наш. Лена оставила адрес для пересылки почты. Табернакль-роуд, 1113, Джемрок. Если снова их увидите... передавайте от меня привет».

«Куно ваще ебал, о чем ты, но попустись, мусор. Будет тебе эта Лена. По ложным обвинениям». Он уверенно кивает.

«Ага. Да. Хорошо, что она уехала».

Он кивает. «Ага. Сами понимаете. А потом я вышел и со всем разобрался. Все успокоились. Показалось, что так — правильно».

Он почти полностью забыл, с чего начал.

«Но мы так и не нашли фазмида...»

«Ладно, спасибо». (Подвести итоги.)

«Пожалуйста. — Он осматривает пустой зал. — Они вернутся. Всегда возвращаются».

«Что случилось с мужчиной в очках?»

«Я не запоминаю всех посетителей, — мотает он головой. — И сейчас многие носят темные очки в помещении. Мода такая, наверное».

«Ладно, не могу не сказать — ты тоже присутствовал во время трибунала. Стоял на балконе».

«Ага, да, стоял, — кивает он, всеми силами изображая равнодушие. — Круче меня только яйца».

Это и правда потребовало смелости. Не цепляйся к нему.

«Зря ты используешь это выражение. Звучит так, будто что-то не так с твоими яйцами».

«Ну, — фыркает он, — и вы тоже в жопу идите. У вас есть еще вопросы — или рекомендации по выбору слов?»

Он не особо обиделся. Пережитое что-то в нем изменило.

Просто кивнуть — стоически.

Он кивает тебе в ответ — еще более стоически.

Два крутых мужика стоически кивают, и круче них только яйца.

Три. Лейтенант тоже кивает, скрестив руки.

Три. Куно, скрестив руки, тоже кивает.

«Да, круче тебя только яйца».

«Я просто, не знаю... — Он чувствует потребность объясниться. — Клиенты были в панике. А еще — я, кажется, понял, что мне похрен на смерть».

Он это серьезно. Это не хвастовство. Он впервые открыл это в себе, шагнув тогда на балкон.

«Кстати, а где ты был во время трибунала?»

«Где я был? А откуда, по-вашему, я знаю обо всем безумии, что вы учинили? Я был снаружи — на балконе, защищал свое заведение».

Это правда. Ты помнишь, что видел его краем глаза — у тебя за спиной, на балконе «Танцев»...

«Так что вот. — Он с равнодушным видом оглядывается. — Я, как видите, крут. Круче меня только яйца».

«Я нашел кассету. Теперь ты обязан дать мне спеть под караоке». (Дать ему кассету.)

Мужчина в жилете и фиолетовой рубашке пялится на протянутую кассету. Потом хмурится. Отчаянно.

Так выглядит человек, потерпевший поражение. Он знает, что отговорки закончились.

«Ладно. Ладно. Полезайте на сцену и делайте что хотите, только отвяжитесь. — Он трясет на тебя кассетой. — Я вам поставлю. Чертово караоке...»

«Отключу ее нахрен», — бормочет от себе под нос.

О да. Время надрывать.

«Ладно. Ладно. Когда оплатите счета — полезайте на сцену и делайте что вам нужно. Когда оплатите. — Он трясет на тебя кассетой. — Чертово караоке...»

«Мне не пришла посылка от „Спидпанк FM“?»

Сообразив, он распахивает глаза. «О господи, посылка — я забыл, да, она пришла, пока вы были...» Он умолкает, не зная, что сказать.

Он копается под прилавком. Спустя какое-то время на свет показывается пара неоновых кроссовок в полиэтиленовом пакете. На почтовой этикетке указано: в «Танцы в тряпье», самому безбашенному копу Ревашоля.

«Чё за?.. — влезает мальчишка. — Мусор „Спидпанк FM“ продался?»

«Жаль, Кима нет. Ему нравилась эта станция».

На лице его борются сочувственная улыбка и искренняя печаль. Не зная что делать, он прикрывает рот рукой и делает вид, что откашлялся.

«Может, послать эти ботинки ему? — говорит он спустя какое-то время. — В больницу. Может, они его взбодрят. Знаете, где он?»

Лейтенанта лечат. Но где, увы, неизвестно.

«Ага. Да. Отлично знаю. А то как же».

Ему мучительно грустно — за тебя.

С-с-сие есть ложь, мес-с-сир, что Гарт прекрасно видит! Его наметан глаз!

«Так... знаете что. Если хотите, я наведу справки, где он, и отправлю ботинки ему. Что скажете?»

«Отличный план. Отправь их Киму».

«Рад помочь. Что-нибудь еще?» Он убирает посылку под прилавок.

«Спасибо, Гарт». (Взять ботинки.)

Он кивает. «Рад помочь».

«Я... не знаю, в какой он больнице. Я не знаю, где Ким».

«Так...» Ему мучительно грустно — за тебя. «Знаете что? Если хотите, я наведу справки, где он, и отправлю ботинки ему. Что скажете?»

«В самом деле прислали...» Лейтенант с изумлением смотрит на посылку.

«Завидуешь, Ким?»

«На работу я бы такие носить не стал». Он легонько улыбается.

«Вот и хорошо. Что нашел — всё мое, лузер».

«Справедливо. Теперь, если мы с этим закончили, вернемся к убийству?» Он с трудом сохраняет улыбку.