Разговор · Гарт, управляющий кафетерием

«Я могу вам чем-то помочь?»

«Ты все еще не нахерачил Куно дорожку, это чё ваще?»

Он не отвечает, чё это ваще.

«Короче, я поговорил с Сильви». (Подмигнуть.)

«Боже...» Непохоже, что он рад.

А стоило бы. Вываливай ему!

А у меня нет другой опции? Типа кнопки НАЗАД?

В жизни нет кнопки НАЗАД. Подбери сопли и излагай всю правду про Сильви-шлюху.

М-м-м... Не нравится мне это. Кажется, другого пути нет.

«Как выяснилось, она шлюха и обожает кататься на карусели хуёв».

«Прелестно».

Да! Не скрывая прелестей!

«Что? — Он взволнованно хмурится. — Что такое „карусель хуёв“?»

«Не время для лекций. Суть в том, что она тобой манипулирует — а ты ведешься. Сильви — полная психопатка».

«Боже... Получается, вы с ней говорили? А что еще она обо мне сказала?»

Чего же боле?

«Лучше тебе не знать».

Он складывает руки на угол стойки и вздыхает. Разбито роняет тяжелую голову.

«Знаешь, а ведь это она сломала птицу. Поморника. Нашел его на полу со сломанным крылом. В то утро, когда она ушла».

«Мог бы и сам догадаться — это она меня так послала. „В жопу себе эту птицу засунь“». Он умолкает и смотрит на стойку.

Или эту птицу сломал ты. Потом и принес замену. Из чувства вины...

ДА! Птица с этим связана. Птица — символ надежды, а она ее сломала.

«Или... ну. Может, это я ее сломал?»

«Нет. Это она, — холодно говорит он. — Отправилась кататься на карусели, о которой вы говорите. Хе... — невесело смеется он. — Карусель хуёв — до меня дошло».

Он берет с полки бутылку вина и наливает себе бокал. «Они крутятся на карусели хуёв, пока не дотикают часики. Вот. Возьмите остаток». Он затыкает бутылку и отдает тебе.

«А теперь позвольте мне выпить и обдумать всю эту срань — одному». Он смотрит в кровавую жидкость в бокале.

Ну вот. Разве не прекрасно? Еще одну ситуацию спас доктор Любовь.

«Сломанная птица. Перья. — (Кивнуть с видом знатока.) — Всё это часть карусели хуёв».

«Хе... — невесело смеется он. — Карусель хуёв — кажется, до меня дошло. На ней они крутятся. Лет эдак до тридцати девяти».

«Угу. Сигналы. Смешанные сигналы. Так всегда делают на карусели хуёв».

Или эту птицу сломал ты. Так тоже может быть. Кажется, Сильви даже...

«Больше особо ничего».

«Говорила, что ей очень нравится карусель хуёв. Веселие!» (Изобразить, как жизнерадостно крутится карусель из членов.)

Он смотрит, как ты машешь руками, приваливается к углу стойки и вздыхает. Разбито роняет тяжелую голову.

«Она будет кружиться на карусели хуёв, пока не состарится. А потом подыщет себе спонсора».

До него доходит. «Получается, вы с ней говорили? А что еще она обо мне сказала?»

(Просто бурить щеку языком изнутри.)

«А?»

Да. Всё правильно. Мудро. Отлично всё подготовил. А теперь — вываливай.

Но... Я не хочу это ему вываливать.

Еще как хочешь. Всё это время план в этом и состоял. Только так можно всем всё поправить — решив женский вопрос.

«Я поговорил с Сильви. Она ушла не из-за тебя, а из-за меня».

«Стоп, что? — Он удивленно поднимает лицо. — Но как же птица?»

«Птица?»

«Птица! В то утро, когда она ушла, я нашел на полу птицу со сломанным крылом».

«Она сказала, это вышло случайно».

«Что ж она просто не сказала мне? Мне плевать на чучела птиц, мне важны сотрудники...» Он путается в словах, мотает головой.

«Ладно, — он заставляет себя успокоиться. — А еще что-нибудь она сказала? Ну, про меня? — И повторяет: — Она сказала что-нибудь про меня?»

«Сказала, что она польщена — просто момент был неудачный».

«Серьезно? Надо... надо ей тогда позвонить». Мужчина не знает что сказать. Он утирает лоб и пялится на прилавок.

«Это самое... спасибо. — Он коротко кивает. — Я могу вам еще чем-то помочь — или?..»

...или можно ему побыть наедине с собой? Что-то подсказывает тебе, что особых условий это всё тебе не принесет. Он уже возвращается к оборонительной позиции.

Вообще мы надеялись, что за доставку сообщения тебе полагается пистолет, драгоценный камень или хотя бы меч. Но что уж...

«Сказала, что ты приятный человек. Но в то же время — ее начальник. Ну, сам понимаешь. Субординация...» Покачать головой.

«Угу... Я управляю не одним кафетерием. И у меня много сотрудников. Я не могу позволять себе такое на работе, это было... непрофессионально».

«Ладно — спасибо, что помогли разобраться. Я могу вам еще чем-то помочь?..» Непохоже, что он в восторге от своего свежеобретенного профессионализма.

«Нет, мы особо о тебе не говорили».

«Ясно. — Он явно надеялся. — Ну, все равно спасибо за сводку. С птицей обидно вышло».

«Птицу сломал я, а не она. Бросил в стену».

«Поморника сломали вы?!» Он краснеет, шея его идет пятнами.