Разговор · Гарт, управляющий кафетерием

«Ничего. Зияющая чернотой пасть конца времен».

Он качает головой. «Нет там зияющей пасти. Не хотите говорить — не надо».

Но все-таки, пожалуйста, скажите!

«Пинбольные автоматы. Целый зал».

«Ха! Так и знал. Всегда гадал, откуда взялись автоматы возле входа, — а еще мне говорили, что тут раньше было что-то пинбольное...»

«Так и знал, — повторяет он. — И что, были там автоматы? Рабочие, в смысле?»

«А что, хочешь сыграть? А то я не против...»

«Да нет, просто... думаю. — Он что-то считает в уме. — Если бы вы нашли там пинбольные автоматы...»

Он думает про бизнес. Сколько денег сумел бы принести ему пинбол.

«Чую, назревает капиталистический заговор».

«Капиталистический заговор. — Он закатывает глаза. — Пинбольный автомат в углу сломан — я хочу разнообразить развлечения».

«Это место не помешало бы оживить. Чем-то еще, кроме той адской караоке-машины. От нее одни проблемы».

Он складывает числа — и они у него явно складываются.

Кажется, ему дорого это место. Он будет не в восторге, когда узнает, что оно — часть Проклятой торговой зоны.

А всё же лучше ему сказать. О таком лучше знать заранее.

«Если ты помышляешь продать автоматы, хочу солидную долю. Как члену совета директоров. — (Ударить себя в грудь.) — Я подрывник».

Он закатывает глаза. «Эти автоматы принадлежат „Танцам“. Но если вам от этого станет легче, я не собираюсь их продавать».

«Помышляешь снова превратить этот зал в пинбольный?»

Он хмурится. «Нет. Но можно... разнообразить доступные развлечения. Коль уж скоро вы все равно открыли дверь... Автомат в углу сломан».

«Не проверял. Пинбол не имеет отношения к расследованию».

«Просто... думаю. — Он что-то считает в уме. — Если бы вы нашли там пинбольные автоматы...»

«Не проверял. Пинбол — это тупо».

Лейтенант согласно кивает.

«Скелеты. Мавзолей с покойниками».

«Ага. Ха-ха. А что там на самом деле?»

«Я хочу поговорить о другом».

«Чего?»

Кстати, к этим расспросам стоит вернуться, если потом увидишь в «Танцах» еще что-нибудь интересное!

Хм... Такое чувство, что к этим расспросам стоит вернуться, если потом увидишь в «Танцах» еще что-нибудь интересное!

«Значит, телефонная линия не работает?»

«Да, и телефонный оператор не спешит прислать мастера починить. — Он качает головой и прибавляет: — Козлы».

«Странновато».

«Это не странновато, а неудобно».

«Нет-нет, тут явно происходит какое-то коварство».

Он закатывает глаза. «Как скажете».

«Правда ли, что она не сама сломалась?»

Он морщит нос. «Кто вам сказал?»

«Это неважно. Я просто хочу знать, кого вы подозреваете».

«Ладно, да, кто-то, видимо, поломал проводку. Вскоре после повешения — но я не уверен, что это связано... Тут много говнюков и при этом не убийц».

За эти годы он жутко устал от говнюков. И поэтому так старается не быть говнюком сам...

«Но если выясните, кто перерезал провод, — скажите, направлю счет за починку ему».

«Лена».

«Я не разглашаю свои источники. Это было бы недостойно».

«Должен тебя предупредить. Кажется, я выяснил, что „Танцы“ — часть Проклятой торговой зоны».

«Что? — Он слегка напуган. — Вы чего? Мы расположены по совсем другому адресу».

То есть ему известно про Проклятую торговую зону. Он даже знает адрес. Он об этом думал.

«Погоди, то есть ты знаешь про проклятие!»

«Про него все знают».

«„Танцы“ перечислены в списке на домофоне снаружи. Как один из бизнесов в здании В — Проклятой торговой зоны».

«Я давно здесь работаю — и „Танцы“ никогда не пользовались этим домофоном».

«Раньше в „Танцах“ был зал для пинбола „Восточная дельта“. Потом он прогорел. Прогорят и „Танцы“ — дай только время!»

«„Танцы“ что, похожи на часть Проклятой торговой зоны? — Он обводит помещение рукой. — Дореволюционная плитка? Высокие потолки? Приятные номера? Ну, в основном...»

«Четырнадцать лет — вот сколько я здесь работаю. Огонь и воду с этим зданием прошел. Ёшкин кот, если какое-то проклятие...» Он заставляет себя успокоиться.

И здорово справляется. Он говорил о «Танцах» в пренебрежительном тоне, но на самом деле гостиница очень ему дорога.

«Ого. А ты правда любишь это заведение».

«Угу, — вздыхает он. — Снова к нему теплею. Оно по-своему красиво — особенно для этого района. И я пытаюсь его поддерживать...»

«Даже если оно и часть Проклятой торговой зоны...»

«Да не парься ты так об этом прозвище».

«Я не слишком верю в проклятие и всё такое, но такое прозвание пугает клиентуру. Кто захочет жить в проклятом отеле? Всё и так достаточно проклято...»

«Ага! Признаешь, значит?»